Престол. Жертвенник. Палаточные стены и свод храма, где начинается самое таинственное священнодействие, самое священное таинство – встреча с Ним, Господом Иисусом Христом. Могли ли мы предположить, что та самая последняя трапеза, которую Учитель совершил с дорогими Его сердцу учениками и совершает с нами на каждой Божественной литургии, совершится здесь? Что в этом царстве “Белого безмолвия”, сурового, неземного величия прозвучат слова: “Благословенно Царство Отца и Сына и Святого Духа”?
Строгое аскетическое испытание участников экспедиции, ожидающих снаружи, завершено. Храм вместил почти всех; стоим плечо к плечу дышим в затылок друг другу; от дыхания покров инея на сводах становится еще солиднее. В православной традиции готовятся к причастию с помощью поста и молитвы, здесь Господь присовокупляет ветер и мороз.

Отцы Виктор и Александр раскрывают ноты древнего знаменного распева: по общему мнению именно он должен звучать на первой полярной Божественной Литургии. Отец Роман, пока еще диакон, начинает мирную ектению. Пальцы от холода не сгибаются, служебник удается держать с трудом, нос и щеки пощипывает. “Миром Господу помолимся… О свышнем мире и спасении душ наших Господу помолимся…”
Господи, помилуй.
“Благослови, душе моя, Господа” – едва только прозвучали слова первого антифона, ощущение холода пропадает, пальцы становятся теплыми и подвижными. На душе свет и радость: Господь “посреде нас”. Отец Роман читает свое последнее апостольское послание в диаконском чине. Евангельское чтение посвящаем небесным покровителям нашего храма – двенадцати апостолам, двенадцати ближайшим ученикам Спасителя.
Ектению об оглашенных совершаем особенно проникновенно, имея в виду и новокрещенного и тех, кому еще предстоит радость святого крещения в этих льдах и снегах. На заупокойной поминаем всех, кто погиб в Арктике.
Отцы поют Херувимскую песнь; она звучит высоко и торжественно и кажется, что в наступившей вдруг по всему Заполярью и во всем мире тишине, она звучала всегда и будет звучать вечно. Да, впрочем, так и есть.
Отец Роман приклоняет колено, на его главу возлагается воздух. Когда ударение в этом слове ставится на второй гласной, оно означает освященный плат с вышитыми христианскими символами, которым покрываются Тело и Кровь Христовы. Чаша и дискос переносятся с жертвенника на престол, затем отец Виктор вводит в алтарное пространство отца Романа. Отец Александр держит чиновник с молитвами иерейской хиротонии. “Божественная благодать, всегда врачующая немощных и восполняющая недостойных переводит через возложение рук Романа, диакона, во священники…” – так начинается таинство священства.

Завершается молитва. Священническое облачение уже иерея Романа в руках его собратьев. “Аксиос? (Достоин?)”, – вопрошаю, а в ответ дружное: “Аксиос! (Достоин!)”. К моему вящщему изумлению. Появился на свет Божий Божьей благодатью новый батюшка, и где! Нашего православного священства прибыло. В добрый путь, отец Роман! Будь добрым пастырем и хорошим миссионером.
Божественная Литургия близится к завершению. На престоле – Тело и Кровь Христовы. Причащаемся. Только три раза в своей жизни так глубоко-реально и так близко я ощущал присутствие Божие: в храме Преображения на вершине горы Афон, во время Евхаристии на Синае и здесь. Вот Он, Господь, и мы пред Ним.
Причащаются наши терпеливые молитвенники, заиндевевшие, но счастливые. Благоговейно подходят к чаше; улыбаются; глаза сияют. Пройдет немного времени, и все эти неудобства, ветер, холод забудутся или станут приятными воспоминаниями, а ликующая радость единения со Христом в этом палаточном храме, среди полярных льдов и снегов останется навсегда.

Николай Федорович сообщает, что прошло уже три часа. Это вместо полутора запланированных. И за это время дрейфующий лед унес нас на семь километров от полюса. А мы и не заметили ни времени ни пространства.
Выходим из храма, освящаем флаг Петропавловска. Это наш город, наша Камчатка, сюда обращены были мы во время молитвы. Освящаем Крест; он останется в полярном лагере ”Барнео” и отныне будет устанавливаться на Северном полюсе всякий раз, когда будет разворачиваться лагерь. Дружно и слаженно собираем храм – это уже великая святыня.
Вертолет поднимается в воздух. Прощай, полюс! Благодарим Тебя, Господи, за те прекрасные события, которые Ты сподобил нас пережить. Осознание и осмысление которых, видимо, будет приходить со временем.
Последние комментарии