Архивы на марта, 2010

Среда, марта 24, 2010

Дважды в год  отрываюсь я от своих дел, от “Эльдорадо”, от компьютера и клироса и на неделю выбираюсь в Петропавловск. Путь неблизкий –  не менее десяти часов в автобусе.  Времени-то, времени свободного! Вот и пишу свои вирши всю дорогу. Дома такая радость выпадает только на бессонные ночи,  воскресенья и празднички Христовы, когда работать грех.  Правда, трясётся автобус, подпрыгивает – писать непросто.  Но  каждый раз привожу я из очередного городского вояжа несколько готовых стихов.  Долго и мучительно разбираю и привожу в порядок немыслимые автобусные каракули.  Так и сейчас, родился на свет небольшой цикл стихов, который я назвала: “Городские картинки” и представляю их на Ваш суд.

Городские рябины.

Среда, марта 24, 2010

Март на дворе – чуть тронулись снега.
Гляжу на гроздья городской рябины,
На белых сопок вечные седины,
На снежные Авачи берега…
Цвели весной и зеленели летом,
Горела осень от костров рябин,
Воспетых каждым Северным поэтом –
Их добрым словом вспомнил не один!
Они терпели наш, Камчатский, холод
И создавали в городе уют.
Но вот, зима. И птицы, даже в голод,
Не трогают их ягод, не клюют!
У нас в селе, от первых холодов,
На ветках остаются единицы
Печальных ягод – тучи воробьёв,
Сорок, ворон и всякой мелкой птицы.
Пируют на рябинах до зимы.
А эти – до весны под урожаем!
А почему – конечно, знаем мы:
Они опасны – город отравляет!
Вот и несут свой горький урожай,
И гнутся с почерневшими кистями.
Ах, как же жаль их! Как же мне их жаль!
Мы губим Мир. И знаем это сами.
Не осуждаю, люди, – видит Бог!
Да, может быть, и страхи беспричинны?
Но, вот – стоят рядами у дорог
Отравленные городом рябины…
Наш мир – за благо вечная борьба.
В ней драгоценно каждое мгновенье.
Зачем меня тревожит их судьба?
Есть и у них своё предназначенье!

22.03.10г.

Ночь и балкон.

Среда, марта 24, 2010

Фото из Интернета.

И я, и ночь, с высокого балкона.
Под крышей дома, где-то на горе,
Меж тёмных сопок, синих и зелёных,
Под звёздным небом видим изумлённо
Огни текущих к океану рек.

Потоки фонарей во тьму струятся:
Молочных, жёлтых, красных, голубых,
По улицам и переулкам мчатся,
Мерцают, переливами искрятся.
А город спит, залит сияньем их.

Омыт июльским ласковым дождём,
Спит Петропавловск, тихий, утомлённый
Рабочим суетливым летним днём.
И ангел ночи, в свет звезды влюблённый,
Играет в прятки с каждым фонарём.

Мелькнёт по кругу яркого сиянья
И унесётся вновь в ночную тьму,
Далёк от боли, горя и страданья.
И фонарей смущённое мерцанье
Играя, видеть радостно ему.

Плывёт балкон, качаясь под ногами.
И мы плывём, плывём куда-то вниз
За этими текучими огнями,
И растворимся где-то среди них,
И сопки растворятся вместе с нами…

Балкон и ночь, и вместе с ними – я,
Живых огней мерцанье и теченье –
Одно мгновенье в мире бытия,
Такое незабвенное мгновенье!

21.03.2010г.

Театральная площадь.

Среда, марта 24, 2010

Я иду, как на свадьбу невеста,
И волнуюсь, не знаю, зачем:
Возвращаться на старое место
Тяжело и ненужно совсем!
Город юности скрыт под снегами.
И за бухтой, покрытою льдом,
За вулканами, и за горами
Солнце катится вниз кувырком.
Тянут шеи озябшие краны.
У Никольской толпится народ –
Там, задумчивый, тихий и странный,
Мирликийский Угодник живёт.
Где-то Миры, а где-то Камчатка…
Но, как дома, любимый и свой,
Ветром злым отшлифованный гладко,
С непокрытой стоит головой.
Белым снегом укутаны ноги,
Скромный старец и душ господин,
Он стоит, у центральной дороги.
Здесь, на площади, он не один:
Под защитой креста – Пётр и Павел –
Два столпа. Православных – оплот.
Сам Господь их на место поставил,
Чтоб Распятого помнил народ.
Как история, бывший и разный,
Мир вокруг и родной и чужой.
Чёрный идол на площади грязной
В Коммунизм указует рукой.
Пусть стоит! Это – память былого,
Недалёкий, но тяжкий наш путь.
Ведь из песни не выкинешь слова.
Улетевших минут не вернуть!
Не вращается время назад,
Хоть и попраны Божьи законы.
В снег утопшие аттракционы
Сиротливо глядят на закат…
Да Култушное, полем футбольным.
Всё под снегом и льдом улеглось.
Юность помнится сладко и больно.
Не забылось, но вдаль унеслось.
От автобусов быстрого бега,
Площадь кружит себя колесом.
Под колёсами месиво снега.
И киоски летят кувырком.
Мир чужой, (но до боли родное!)
И недобрый, как мачехи взгляд,
И укрытый холодной зимою.
Так зачем возвращаться назад?
Неизбежны времён перемены –
Жизнь идёт, убегает, летит.
Лишь торжественный «храм Мельпомены»
Всё надменно на город глядит!

22.03.2010г.

Март. После пурги.

Среда, марта 24, 2010

Мир пургою побит и помят.
Но сегодня, сквозь смог и туманы,
Появились седые  вулканы,
Сигареткой  вершины дымят.
Вышло солнце. Глядит виновато
На седой, предрассветный покой.
И автобусы снова куда-то
Разбежались пыхтящей толпой.
Озорные природы приколы
Из сегодня, забавой глядят.
Ребятня возвращается в школы.
Как обычно, шалят и галдят.
Голубое, спокойное небо
Позабыло вчерашнюю жуть.
Старушонки плетутся за хлебом,
Чистят грейдеры транспортный путь.
Грязный снег станет чёрной горою
И закроет собой небосвод,
Но, к обеду, заплачет водою
И осядет, и вниз потечёт.
Автостанция. Касса. Чудесно!
И билет, и в душе непокой.
Ждёт меня белоснежное Эссо.
Снова в путь – возвращаюсь домой!
Всё нормально! Циклон над Камчаткой
Поревёт, пометёт, пошумит,
И опять всё спокойно и гладко.
Сколько их за сезон пролетит!

21.03. 2010г.

Пурга

Среда, марта 24, 2010

DSC07885

Небо скрыло седины вершин.
Ветер воет – взбесившийся пёс!
Городских несъедобных рябин
Доводя до отчаянных слёз.
Жалко тщатся нагие рябины
Оживить почерневший пейзаж.
Сопки гнут поредевшие спины,
Исчезая в пурге, как мираж.
Над Камчаткой промчался циклон,
И пурга с сумасшедшею силой
Заметала, терзала и выла,
Нарушая значенья сторон.
Перепуталось всё невозможно,
Землю с небом в спираль замело.
Лишь Никольская щёткой сапожной
Ощетинилась, вьюге назло.
А Мишенная скрылась в тумане.
И вулканов гряда не видна.
И за Братьями, в злом океане,
Бьётся в скалы седая волна.
Напряжённо автобус буксует,
Пассажиров пытаясь спасать.
Ну а ветер всё дует, и дует,
И гремит всем, что может достать!
И по лицам, по лицам прохожих
Хлещет снежной колючей струёй.
Целый мир, ни на что не похожий,
Завертелся в пространстве со мной.
И уже за стеной, у окошка,
В кресле мягком под пледом сижу
И в окно, отогревшись немножко,
Сокрушённо вздыхая, гляжу.
А за ним всё гремит и грохочет.
Воет ветер – взбесившийся пёс,
И свистящею плетью берёз
Расхлестать мою форточку хочет.

21марта.2110г.

Дороги, дороги…

Среда, марта 24, 2010

DSC07862

Дороги, дороги…. Бегут и бегут
– не догнать!
Дороги, дороги….
то снегом покрыты, то летом.
И мучает разум вопрос
с невозможным ответом –
Какая дорога захочет
твой путь оборвать?
Которая кочка
тебе попадёт под колёса?
Какая ухаба
изринет тебя из седла?
Возможно, не стоит искать
разрешенья вопроса
А просто, катить себе, ехать
шагать, как и шла!
А просто, спокойной душой
положиться на Бога,
Доверить Ему разрешенье
грядущей судьбы…
Бежит и бежит,
исчезая за лесом, дорога,
Минувшую вьюгу
желая скорей позабыть.
Но как любопытно,
куда они все исчезают?
Кого догоняют?
И, есть ли дорогам предел?
И сами ли мы
все дороги свои выбираем.
Иль просто покорно идём,
как Господь повелел?

21 марта 2010г.

Моя новая книга:

Среда, марта 24, 2010

Мои постоянные читатели часто задают мне вопрос, когда можно будет  приобрести и прочитать мою новую книгу “Берёзовые ветры?”

Отвечаю: книга вышла на свет Божий. Вот, познамкомьтесь:

DSC07921

Это её лицевая сторона.

DSC07927-1

Это – обратная.

DSC07932

Первая часть книги – стихи. Многие из них Вам уже знакомы по публикациям на моём блоге.

DSC07934-1

Вторая часть – поэма “Пути – дороги”. Общий объём книги – 187 страниц. Приобрести можно и в Петропавловске, и в Эссо. Если будет желание – обратитесь ко мне, я  сообщу координаты.

Пути – дороги.Поэма.Главы 1-6.

Среда, марта 3, 2010

snow_tracks

Глава 1
ПРЕДАТЕЛЬСТВО

Любая жизнь — суть путь-дорога,
Где горе, боль и страх упасть.
Веселья с радостью немного:
С пути сбивают грех и страсть.
Все наши тропы и пути
К двум целям купно притекают,
И по какой из них идти,
Всегда мы сами выбираем.
Путь истинный всегда нелёгок,
Трудны души земные дни.
И коль легка твоя дорога,
Скорей, скорей с неё сверни!
К спасению тропа в ухабах
И путь сквозь узкие врата.
Сбивает нас, безвольных, слабых,
Наш враг — земная суета.
Мой путь нелёгок был вначале:
Познав внутриутробный страх,
Дитя, зачатое в слезах,
Дитя, зачатое в печали,
Издав свой первый, слабый крик,
Оно всё чахло, всё болело
Как будто ожидало миг,
Когда душа покинет тело.
Ведь мира этого уроки
Трудны, как шрамы от огня;
И был он, горький и жестокий,
Опасен, тяжек для меня,
Как дуновение для свечки
И как для нищего сума.
Но путь от матери до печки
Я в год протопала сама.
Был мир огромный детский мой
Не ограничен душной хатой,
Но, одарённая душой
И беззащитной, и богатой,
Упоена была до дна
Я вольной песнею казацкой
И видела не из окна
Просторы тундры Усть-Камчатской.
В семье огромной наша мать
За ручку малых не водила:
Когда ласкать да целовать!
Где было время взять и силы?
Из этих рук я в раннем детстве
Свой посох странницы взяла
И, как бесценное наследство,
Дорога под ноги легла.
Мой дом. Укромный уголок.
Молитва. Песни каждый вечер.
Ещё с верёвками мешок,
Что беспардонно режет плечи.
На поиск ягод и грибов
Идём куда-то утром ранним,
Но разум детский не готов
Заботой жить о пропитанье.
Распахнут мир со всех сторон,
Взгляд утонул за горизонтом.
Рассвет, восход и птичий звон,
И облака кудрявым зонтом.
Прильну к столбу — гудит, гудит…
Не знаю, что это такое
Внутри него? Весь столб шумит.
Он мёртвый, а внутри — живое!
Вот берега крутой обрыв.
Сорвёшься вниз — не будет мало!
Там омут. От него призыв…
Сюда я часто прибегала.
Глубок и чист, не видно дна,
Что кинешь — схватит и вращает.
И чернота, и глубина…
Заглянешь — сердце замирает!
На самом краешке откоса
Лежу, прижавшись животом.
От страха дрожь, повисли косы.
Что надо в омуте мне том?
Гляжу сквозь слёзы и не знаю,
Чего хочу от той воды,
Как будто будущей беды
Пути-дороги прозреваю.
Как будто там вся жизнь моя.
Что видела? О чём мечтала?
И до сих пор не знаю я,
Что в нём так сильно волновало.
Но каждый раз, как бы впервые,
Сюда влекло на край присесть
И первых рифм слова кривые
Я обрела, конечно, здесь.
От вольных тундровых ветров,
От сильных, серых волн Камчатки,
От первых пушкинских стихов
И матери напевов сладких. (далее…)

Пути – дороги.Поэма. Главы 7-10.

Среда, марта 3, 2010

DSC06853
Глава 7
КУПЕЛИ

Куда ни кинь — везде беда,
Триумф житейских дыр!
Ведёт меня не знай куда
Ослепший поводырь.
Иду за ним куда-то в ночь,
А он и глух, и нем.
За руку маленькую дочь
Веду. Куда? Зачем?
А город светом фонарей
Мне освещает путь.
Подруга. Мы идём за ней.
Придём куда-нибудь!
Но в коммуналке негде спать —
Собачья конура!
На всех троих — одна кровать.
По городу с утра
Ищу работу — нет как нет.
Поскольку нет прописки!
На все мольбы один ответ —
Отказы и отписки.
А нет работы — у подруг,
Конечно, не пропишут!
Не разорвать порочный круг!
Беда в затылок дышит.
Тупею, опускаюсь я.
Моё дитя — со мной.
И тридцать третья мне статья
Из книжки трудовой
От Мильковской моей поры
Приветы посылает.
Глухие, серые дворы…
Полгода пролетает.
Плевала на мою беду
Огромная страна!
Моя вина! Зачем бреду
Я по свету одна?
Зачем любовь живёт в груди
И душу обжигает?
Зачем уходит в пустоту,
А мусор оставляет?
Зачем несёшься по земле
Ты, запрокинув очи?
Зачем в терзаниях и зле
Твои проходят ночи?
Ах, Вова Лушкин! Отомстил
Ты мне большой бедой.
Ну, что ж! Ты прав, что не простил,
Расправившись со мной.
Пора понять, пора взвалить
Ответственности бремя.
Устроить жизнь и дочь растить.
Пора. Уходит время.

Мне двадцать пять. Ну-с, подводи итог!
Бредёшь сквозь серый ряд домов постылых
В чужом пальто, в остатках от сапог,
С душой, уставшей, грешной и остылой.
Идёшь без цели. Голод. Рядом дно.
И смерть духовная в лицо смердяще дышит.
Ни страха и ни боли — всё равно.
Душа уже не видит и не слышит. (далее…)