История одного поселения. Камчатка для меня стала родной


Батюшка Александр Алексеев родился в г. Москва. Родители его были геологами и постоянно передвигались по необъятной нашей земле: жили и в Кустанае, и на Севере, и на Востоке страны. В 1962 г. стал заниматься профессиональным спортом, преимущественно, велосипедным, часто участвовал в российских соревнованиях по велогонкам.


Позже, став моряком, работал механиком на судах. Между рейсами помогал на службах в храмах Святой Живоначальной Троицы г. Елизово, в храме апостолов Петра и Павла, выполняя различные послушания. Со временем появилось стремление самому стать священником: епископ Магаданский и Чукотский Аркадий на Рождество Христово рукоположил его в иереи.

Когда он начинал служение на Камчатке, здесь было всего трое священников: о. Ярослав Левко, о. Александр Алексеев, о. Диомид. С просветительской миссией они объездили весь полуостров, добираясь до самых северных сел. Брали с собой в путь облачение, богослужебные книги и запас просфор, и передвигались по Камчатской земле на баржах и нартах, катерах и вездеходах. В пути люди помогали транспортом, давали жильё и пищу, обустраивали место для богослужений. У первых миссионеров была большая цель: привлечь как можно больше людей к вере православной и по возможности оказать духовную помощь. Нелегкая была задача, но Господь всегда помогал и укреплял их в этом служении.

Иерей Александр Алексеев, настоятель храма свт Николая Чудотворца в с. Николаевка, Елизовского района рассказал о своём служении в Петропавловской и Камчатской епархии:

На Рождество Христово в 1993г. в Магадане был рукоположен владыкой Аркадием. Конечно, я осознавал свое недостоинство: бурная жизнь – хулиганил в детстве и отрочестве, спортом занимался. До того как приехал на Камчатку ни разу не выстаивал Всенощного бдения, да и мало ли других грехов.

До рукоположения около пяти лет помогал на строительстве храма апп. Петра и Павла, работал грузчиком, ночным сторожем. В то время ходил в море, а по возвращении жил и трудился при храме. Потом перешел в Елизовский храм, где настоятелем был тогда иеромонах Ферапонт. Начал учиться петь и читать на клиросе, гласы вечерами на гитаре подбирал. Здесь я познакомился с будущим иереем Василием Гроссом, Василием Богославским (теперь он подвизается монахом на Афоне).

Когда меня отправляли на рукоположение, я говорил, что ничего не знаю и не умею. «Поезжай, – мне ответили, – там научат». В Магадане рукоположили, и сразу же отправили домой. А после рукоположения началась пастырская работа, поездки по поселкам. Тут нас никто не ждал, не вызывал и не о чем не просил, не было у нас ни средств, ни денег. Брали с собой пару чемоданов, а в них: облачение, книги, церковные сосуды, просфоры, вино для причастия; выходили на дорогу и останавливали попутный транспорт. Многие останавливались сами, видя священника в рясе с крестом. Зачастую мы и сами не знали куда едем, куда отвезут, туда и приезжали. Приехав в поселок, первым делом шли в администрацию, без этого было нельзя. Для проведения богослужений нам выделяли комнату в клубе или спортзал в школе: мы служили молебны, панихиды, совершали крещение, А в конце, когда народ укрепится, служили Божественную литургию, всех исповедовали и причащали. Народу собиралось тогда очень много. Также договаривались с вертолетом, посещали отдаленные поселки. В долгих поездках ежедневно приходилось проверять просфоры, протирать их, чтобы не испортились.

В поездке Ковран – Верхне-Хайрюзово добирались в нартах за бураном по реке. Провалились. Вытащили нарты, дальше поехали. А потом всю ночь служил и работал с людьми. И даже не заболел.

Сейчас, имея опыт священнослужения, понимаю, что в то время мы не всё делали правильно. Только тебя рукоположили – езжай, служи, миссионерствуй. Учиться было не у кого, да и некогда. Главное тогда – молитва совершалась, и люди имели возможность прибегать к таинствам Церковным.

Тогда же началось возрождение казачества. С казаками я участвовал в нескольких сплавах по рекам. Сейчас это не практикуется. Обычно планировали, чтобы за 2-3 недели добраться по реке Камчатка до Усть-Камчатска, но зачастую получалось гораздо дольше. Потому что, в каждом поселке, в каждом рыболовецком стане люди, увидев священника, просили побыть у них, и мы по просьбе людей совершали всевозможные требы. Бывало, что из-за моего служения задерживались на 2-3 дня. Казаки не оставались в обиде, потому что нас везде тепло встречали и угощали. Помню, как в пос. Таежный, целый день крестил, казалось, что крещены все жители. Поздно вечером мы намеревались отправиться в путь. И тут приходит глава администрации и просит остаться еще, потому что пришли люди, которые занимались в лесу сбором дикоросов. Они не знали о приезде священника, пришлось задержаться, чтобы и их крестить. И так бывало часто.

Если рассказывать о возражении православной жизни в посёлке Николаевка после распада Союза, то этот путь был не простым. В 1992г. трудами местной общины здание передали Церкви. До этого в здании располагались школьные мастерские, аптека, а в последнее время – дом на двух хозяев. Посреди храма стояла огромная печь, и когда я первый раз служил в этом храме в феврале 1993г, выход из алтаря у меня был из-за печки. Позже, когда здание передали общине, то печь эту разобрали.

По непроверенным данным наш храм стоит на фундаменте старого храма. Я сначала этому не верил. Но во время капитального ремонта храма, перед его Великим освящением, когда мы убрали несколько первых сгнивших венцов, то действительно увидели остатки старого фундамента. Значит, само место, на котором стоит сегодня наш храм намоленное и благодатное. Храм был построен во второй половине середины XIX века. В то время это была часовня, а не храм. И стоял он в городе, перевозили его примерно в 1922-1924гг. Я беседовал с сыном человека, который этот храм перевозил.Начало XX века. Село Паратунка

В начале моего служения произошло значительное событие. Ирина Витер раньше работала в краеведческом музее и там, в 1993г. ее трудами был открыт отдел Православия. Здесь были выставлены рукописное Евангелие и Апостол, старинные церковные книги, иконы, священные облачения. Ирина Васильевна сообщила нам, что в запасниках Драмтеатра хранятся древние священные облачения, иконы и изображения Иисуса Христа на полотне, изъятые у Церкви во времена репрессий. И вот я поехал в Драмтеатр, поднялся в кабинет директора. Он меня любезно принял и даже угостил. Во время беседы говорю: «Сколько помню репертуар Вашего театра, но ни разу не было спектакля, в котором была бы роль священника. По моим сведениям у Вас в запасниках хранятся церковные облачения и иконы, грех большой все это держать в небрежении, отдайте все это в храм». И мы с ним спустились в подвальное помещение и там, в сундуке действительно нашли облачения и две небольшие плащаницы Спасителя, которые директор согласился передать Церкви. Я потом всю Камчатку в этом облачении объехал.

Ещё одно событие, которое тоже запомнилось мне на всю жизнь – автомобильный крестный ход из Москвы до Владивостока: ехали на отечественных автомобилях. По пути следования в больших городах совершали молебны, участвовали в богослужениях, посещали казачьи станы. Пасху встречали в Свято-Мариинском женском монастыре г. Владивостока. А позже на пароходе добрались до Петропавловска. Во время этого крестного хода я посетил многие близкие моему сердцу места, но, даже увидев их, мне хотелось вернуться на Камчатку.

На Камчатке может служить и работать лишь тот, кто Камчатку любит. Как спортсмену, мне часто приходилось ездить и выступать по всему Союзу и за рубежом. Вот, к примеру, приехали в Болгарию, она тогда считалась нашей 16-ой республикой. От Киева, где я тогда жил, в Софию час на самолете, а мне казалось, что я на краю света. И уже на второй день начинал искать по приемнику родную радиостанцию, родную мелодию. А здесь, я за десятки тысяч верст от Москвы, а чувствую себя дома. Камчатка для меня за 36 лет стала просто родной.

Еще мне хочется сказать несколько добрых слов о епископе Несторе (Сапсае), который был первым архиереем после возрождения Петропавловской и Камчатской епархии, и с которым мне довелось служить.

Епископ Нестор (Сапсай)

Он был из белого духовенства. Долгое время служил приходским священником, протоиереем на Украине. А после смерти матушки принял монашеский постриг, был рукоположен в архиерейский сан и направлен к нам на Камчатку. Очень душевный был человек. К нему можно было и в 11 и в 12 часов ночи прийти домой, он принимал, беседовал. После службы его прихожане буквально не отпускали домой. В бывшем храме свт. Николая, который был на 4 км, расстояние от Царских врат до выхода из храма небольшое. И вот Владыке нужно было полтора-два часа, чтобы его преодолеть. Люди шли со своими нуждами и скорбями, а Владыка всех принимал, утешал, назидал.

Владыка Артемий на Престольном празднике  свт. Николая Чудотворца

В завершение нашего повествования  об “Истории одного поселения” хочется  познакомить вас, дорогие читатели, с Гимном селу Николаевке, написанном Ининым Николаем Ивановичем, сотрудником Школы искусств.

Гимн селу Николаевка

Слова Инина Н.И.

Шли первопроходцы по земле Камчатской,

Царскому указу рады послужить.

А в указе было, край страны разведать,

От врага тот край России зорко сторожить.

Впереди всех видный – адмирал Завойко,

Командир Камчатки – справедлив и строг.

Наказал товарищам первопроходцам

Вот на этом самом месте заложить острог.

Вслед за адмиралом шли переселенцы,

Восемьсот семей, намного их дошло.

В их числе молодчик парень Брикаловский,

Рядом с речкой Паратункой выстроил село.

На реку Микижу вышел Черноногов,

Рядышком у речки он построил дом.

Жизнь сложил, как песню староста Прокопий,

Прибыв на Камчатку в девятьсот восьмом.

Повдоль речек быстрых поднялось селенье,

Полтора столетья с той поры прошло,

А вдали вулканы вечные дымятся,

То Корякский и Авача смотрят на село.

Информационный отдел епархии,

Фото Александра Петрова,

Светланы Лигостаевой и архива епархии

Один ответ в “История одного поселения. Камчатка для меня стала родной”

  1. Ксения:

    Спасибо, Нина Павловна, за использование материала из моей статьи о Николаевском приходе.

    Человек, который написал гимн селу Николаевка, работает в селе в Школе искусств, зовут его Николай Иванович Инин.

Ответить

Spam Protection by WP-SpamFree