Моя жизнь похожа на сериал…

Я с детства чувствовала вокруг себя какую-то тайну. Словно окружающие что-то тщательно старались от меня скрыть. Иногда они замолкали на полуслове, когда обнаруживали, что я приближаюсь, и как-то по-особенному смотрели на меня, стараясь делать вид, что ничего не происходит. На мой вопросительный взгляд, бабушка отвечала: «Это тебе не надо знать!», при этом на лице у нее читалось недовольство, словно ей не нравится, что от меня что-то скрывают. Помимо таинственных недомолвок и взглядов, я чувствовала к себе какое-то иное отношение, чем к другим детям в нашем роду. Словно, я чем-то отличалась от них. Все это заставляло меня ужасно страдать. Я чувствовала себя какой-то ущербной. Мне казалось, что окружающие знают о том, что я не такая как все остальные дети и от этого отталкивают меня от себя. Я думала, что, наверное, взрослым хотелось, чтобы меня не было совсем, но так как я была, то они смирялись с этим, но любить меня им не особо удавалось. Словно они, сами того, не замечая, брезговали меня. Хотя, возможно, это мне только казалось.

Только бабушка с дедом любили меня так сильно, как никто другой. Не удивительно, что я большую часть своего детства провела у них.

Однако, не смотря на то, что отношение окружающих научило меня скрывать свои страдания и чувства, мне все таки ужасно хотелось понять, в чем причина этой таинственности.

Бабушка с дедом звали меня Тасей. Так же звала и прабабушка- бабушкина мама. Но, на мой вопрос, почему двоюродные тети и дяди, которые были не намного меня старше, называют меня Таира, мама отвечала, что меня назвали сначала Ирой, а потом Таей, вот и получилось Тая-Ира. Про себя я решила, что это несусветная глупость, но спорить с мамой не стала. А бабушка после этого стала строго требовать от всех родственников, чтобы меня назвали Тасей. Со временем, мое второе имя забылось почти всеми. Но не мной.

О том, что у меня не родной отец, я узнала в десятилетнем возрасте. К этому открытию меня привела моя неизмеримая любознательность. Я совала свой любопытный нос везде, даже туда, куда никто не мог ожидать. Так и здесь.

Перед Пасхой, я случайно увидела, как мама что-то спрятала на полку под самым потолком у бабушке в горнице. Решив, что это что-то интересное, раз его прячут от меня, я, дождавшись, когда никого не будет дома, залезла на эту полку. Раньше я, облазившая все бабушкины сундуки и шкафы, не решалась лазить сюда, так как полка была высоко и я не доставала до нее. А так, как она находилась над кроватью, то и подставить табурет я тоже не могла. И, надо сказать, я ужасно обрадовалась, что достаточно выросла для того, чтобы дотянуться до самой верхней полки.

Возможно, было бы лучше, если бы я этого не делала. По крайней мере, не в том возрасте. Потому что то, что я нашла там, только прибавило мне страданий. Это были документы, которые натолкнули меня на мысль, что я не родная дочь своим родителям. Кроме этого я нашла фотографию, где рядом с мамой сидел красивый высокий мужчина и держал на руках маленького ребенка. В то время, я стала уже достаточно сообразительной, чтобы понять, что ни мама, ни бабушка мне ничего не расскажут. Поэтому я, сделав совершенно невинную мину на лице, подлезла с фотографией к старенькой дедушкиной маме, которая последнее время жила в их доме.

-Ба! А кто этот маленький?

Бабушка подслеповато прищурилась. – Да это же ты!

-Как я? А кто меня держит?

-Отец это твой! Кто бы еще тебя держал?!

­-Разве? А тогда мой папка кто?

-Это не твой папка. Это Андрюшкин папка. А твой вот этот! Не русский! – В голосе старой бабушки мне послышалось некоторое злорадство. Но я не обратила внимание, приписав это ее вредному характеру, который особо проявлялся, чем старее она становилась. Но в тот момент, я была ей благодарна за то, что тайна перестала быть тайной.

-Ба, тут на карточке написано Таира. Это кто?- я по-прежнему разыгрывала невинность.

-Да ты же! Кто еще. Отстань от меня, а то деду расскажу!

Меня как ветром сдуло. Я знала, что бабушка не шутит. А мне не хотелось, чтобы кто-то догадался, что я раскрыла их тайну. Я чувствовала себя этаким Шерлоком-Холмсом и решила молчать о своем открытии. Я решила найти своего родного отца, а для этого никто не должен был догадаться о моих намерениях. Ведь мне еще предстояло вырасти и заработать деньги, чтобы его разыскать. А может, он сам найдет меня когда-нибудь.… У меня всегда было богатое воображение, а тут я могла представлять себе своего отца то волшебником, то султаном, то летчиком-героем. Все зависело от ситуации. Знание, что взрослые скрывают от меня правду, делало их в моих глазах обманщиками и научило относиться к ним с недоверием, делая меня скрытной и враждебной. Я дала себе слово, что став взрослой, никогда не буду обманывать своих детей.

Когда меня обижали, я, тайком от всех проливая слезы, мечтала, что сейчас придет мой отец, большой, сильный и красивый и заберет меня к себе. Он будет меня любить и баловать, купит красивое платье, и все будут завидовать, что у меня такой отец.

Но он, к моему сожалению, не приходил. Наверное, он не знал, где меня искать, ведь мама переехала оттуда, где мы когда-то жили.

Нельзя сказать, что мой отчим был плохим человеком. Нет, он любил меня как родную. Просто он был не из тех отцов, которыми можно гордиться. Тем более, я не могла простить взрослым то, что они все скрывали от меня. Мой бедный отчим так и жил бы в неведении о моей осведомленности, если бы я, во время переходного возраста став совсем злобной по отношению к родителям не сказала ему в сердцах, на его замечания: «Ты меня не любишь, потому что я тебе не родная!». Ах, какими жестокими мы, подчас, бываем в юности к своим родным и близким! И хоть и жалеем потом, но слов назад не вернуть.

Став совершеннолетней и получив паспорт, я поехала в отпуск к бабушке и тогда она мне рассказала все, отдав также письма моего отца, которые она хранила. Тогда я узнала, что Таира – это мое имя, которое мне дал отец. Тогда я вспомнила, как он приезжал раз или два, когда я была маленькой, разыскивая меня. Я вспомнила, как высокий, красивый мужчина с усами, спрашивал меня, как меня зовут, а я, приученная к другому имени, ответила, что меня зовут Тася. И как бабушка говорила ему, пряча меня за своей спиной, чтобы он не разглядел меня как следует, что Таиру увезли далеко, а я соседская девочка.

Смеясь и плача, я написала отцу письмо. Он жил в Северной Осетии. Но ответ от него, бабушка переслала мне только тогда, когда умер отчим.

Несколько лет, мы изредка переписывались с ним. Я узнала, что он болеет, и пригласила его переехать жить ко мне. Больше я писем не получала…

Несколько раз, я еще раз пыталась написать ему, но ответа так и не было. Мама сказала мне тогда, что, вероятно из-за того, что на Кавказе война, письма не доходят. А возможно, и в живых никого не осталось. Я же решила, что просто не нужна никому, ни отцу, ни его родственникам.

Спустя 10 лет, когда ситуация на Кавказе, более-менее нормализовалась, я снова попыталась разыскать хоть какую-то информацию об отце или его родственниках. Но, те люди, которые ездили в Осетию,  и которых я просила разыскать родных, либо не хотели утруждать себя, либо не могли никого найти, но все отвечали мне, что найти никого не удалось. Бог им судья. Я решила, что все умерли. Хотя и приходила в голову мысль, что не могли умереть все до одного, должны были остаться дети, внуки.

Написала в «Жди меня», но ответа не получила. Что делать, я не  представляла, а ехать в никуда на розыски не решалась. Знакомые пугали: «С ума сошла, ехать на Кавказ! Ты знаешь кем ты там будешь? Русские тебя за свою признавать не будут, у тебя на лице написано, кто ты есть, а осетины за свою не признают, ты даже языка не знаешь! Обычаев не знаешь!» Я и не ехала, хотя сердце болело, чувствовало какую-то тоску.

Когда у меня появился интернет, я, научившись более-менее пользоваться соц. сетями, снова начала разыскивать людей, которые могут быть моими родственниками. Я раз за разом писала в поисковиках фамилию отца и раз за разом: «По вашему запросу ничего не найдено».

-Мама, почему так? Разве нет никого из них? – спрашивала я свою постаревшую маму.

-Нет, просто, наверное, там, в горах, еще нет интернета. – Утешала меня она.

Тогда я решила бросить поиски. И увидела ночью сон…

…Село высоко в горах. Вокруг, на вершинах гор, лежит снег, а в ущелье, где село, зима только приближается. Поздний вечер, и уже зажглись звезды. Я стою возле забора, который кажется сложенным то ли из камней то ли из глины, недалеко от калитки контуры дерева без листьев. Из дома доносится плач  и мое сердце разрывается от горя. Я знаю, что в доме умерший и что это мой отец. В дом входят люди и выходят из него, но меня никто не видит. Кроме старенькой бабушки, которую тоже никто не видит. Но я знаю, что это моя бабушка по отцу и она давно умерла. Бабушка со слезами укоряет меня: «Почему же ты не приехала, когда он был еще живой? Почему ты не нашла его, пока не стало поздно? Почему ты нашла его только теперь, когда он уже умер?» Я не знала, что ответить ей и только горько плакала. Так в слезах и с тяжестью на сердце я и проснулась. Решила снова начать поиски.

В этот раз я не стала лазить по соц. сетям. Прямо в «гуголе» набрала фомилию «Салагаев». И нашла! Нашла сведения о Салагаеве Салафире Болаевиче – заслуженном учителе России и Северной Осетии. Тут же позвонила маме и она подтвердила, что это возможно старший брат моего отца. Он был директором школы-интерната в с. Мацута. Они звали его по-русски Сергей. Я читала сведения о найденном человеке ей по телефону, а мама все больше вселяла в меня уверенность, что это мой дядя. Став искать о нем информацию, я нашла сайт Ирафского района Северной Осетии, откуда были родом дядя и мой отец. В гостевой книге был адрес электронной почты главы Ирафского района Токоева Игоря Ахсарбековича. Я написала ему письмо с просьбой сообщить мне хоть какие-то сведения о моем отце и родственниках. Дай Бог ему здоровья! Он распорядился напечатать мое письмо в районной газете. И… мои родственники нашли меня! Я не знала, что у меня есть родные сестры и братья, есть много двоюродных братьев и сестер. Я не знала, что живы два моих родных дяди. Много двоюродных и троюродных братьев и сестер. Они тоже не могли найти меня. А все потому, что они искали девочку с именем Таира…

К сожалению… нашлась я, действительно поздно. Поздно для моего отца, который не дожил до нашей встречи. К слезам горечи оттого, что я так и не увидела его живым, так и не смогла обнять его и заглянуть в его глаза, примешивались слезы радости оттого, что у меня так много родных. Две родных сестры и брат ждут меня в горах. Два родных дяди ждут, когда я приеду к ним в отпуск. Маленькие племянник и племянница ждут, когда я возьму их на руки и расцелую их нежные щечки. Я увижу горы, которые я видела во сне. И поклонюсь могиле отца, который не дождался меня…

Если бы кто-то когда-то рассказал мне эту историю, я бы ни за что не поверила, что так может быть в жизни. Такая история могла быть только в каком-нибудь душещипательном сериале. А оказалось… моя жизнь похожа на сериал.

/на фото- с. Стур-Дигора. Фото взято с сайта Ирафского района РСО-Алания/

1 Ответов to “Моя жизнь похожа на сериал…”


  • Пронзительно написано… У меня было почти так же.. Понимаю, как всё это… И радостно… и грустно…

Ответить