Фэнтези. Часть 2-я. “Человек из глины”.

Светлые братья замерли. Пребывая в лучах Отцовой Любви, они не смели взглянуть на Него, боясь рассыпаться в прах от соприкосновения с исходящим Светом. Они были вольны любить или не любить Отца, они могли принимать или отталкивать Его Любовь и Его Свет, но как произошло, что один из старших братьев, более всего имеющий в себе Его свет, возомнил себя источником этого Света? Разве может отблеск стать Светом? Разве тварь может стать Творцом? Что же есть это новое создание Отца, если вид его мог вызвать такое ревностное чувство у светлейшего из братьев? Что есть в этом Человеке, чего испугался «Сын Зари»? И что же тогда остается им? Разве они могут устоять там, где не устоял Светоносец? Страшно было смотреть на того, кого Отец назвал Венцом творения и для кого был создан Мир. Человек, это слабое и беспомощное на вид создание, обладал огромной силой – силой изменить весь Мир, созданный Отцом. В нем чувствовалось то, чего не было у братьев. Он был телесным. Его тело было постоянным и устойчивым. Создание было маленькое, по сравнению с братьями, имело гармоничную форму, и внутри имело то, что несло в себе Образ Отца, хотя, в то же время еще не имело в себе Его Света, и оно было способно собой, своим желанием изменять Мир, который был создан для него.

Отец молчал, молчали и светлые братья. Наконец, самый старший, Ми Ка Эль, который «Кто как Бог», осмелился коснуться Мысли Отца. Братья поняли, что Отец молчит не оттого, что Он погружен в скорбь. Отец смотрел на Человека. Человек смотрел на Мир. Казалось, что они разговаривают, но речь их была не слышна светлым братьям. Они просто наблюдали за этим безмолвным диалогом.

Человек узнавал Сотворившего. Взгляд его не выражал ни испуга, ни волнения. Человек изучал. Его взгляд был словно у ребенка, который стремится осмыслить то, что видит перед собой. Взгляд человека был пытливым, и неискушенным. Он видел перед собой прекрасный мир, в котором ощущалась любовь, Сотворившего его. Он слышал пение птиц, в котором звучал голос Сотворившего. В журчание ручья, в шорохе набегающей на морской песок волны, в шелесте листвы в кронах деревьев, в звоне падающей вниз струи водопада, в дыхании ночного бриза, во всем звучал голос любящего Отца. Его глаза отражались в водах голубых озер, в капельках росы на лепестках прекрасных цветов, в дождинках солнечного света. Тепло Его любви было в нагретом камне, в спелой ягоде, проглядывающей среди листвы, а ароматной капле нектара, оброненного пчелой. Отец был везде. Сам воздух был пронизан Его присутствием, Солнце отражало отблеск Его Огня, пространство звенело, пронизанное нитями Его света. Человек познавал Мир и видел в нем Творца.

Наконец, Человек произнес: « Элохим. Ты – Бог, сотворивший все. » Он не видел, как Бог творил Мир, но он это понял и поверил без сомнения. Он еще не умел сомневаться, в своей мудрой наивности ребенка, он мог только чувствовать и понимать то, что будет скрыто для его, во всем сомневающихся, потомков.

«Адам, взятый из земли!» – раздался голос Бога. Человек поднял лицо к небу и внимал голосу Отца.

Отец продолжал: «Я сотворил тебя, Адам по образу и подобию Моему. Ты – самое главное Мое творение. Я создал для тебя этот Мир, Адам. И Я насадил в нем для тебя этот сад, называемый Эдем. Ухаживай за ним и возделывай его. И всему, что найдешь в Мире этом, назови имя его, которое будет определять его и отличать от других созданных Мною. Этот Мир будет таким, каким ты определишь ему быть, и он будет совершенствоваться и наполняться Светом жизни, по мере того, как ты будешь наполняться Моим Светом. Живя в этом саду и питаясь плодами Дерева Жизни, ты будешь бессмертен, подобно тому, как бессмертен Сотворивший все. И твоим бессмертием, будет бессмертен Мир, который Я сотворил для тебя. По твоему желанию чудесный сад может разрастаться и вскоре, вся земля может стать Раем. Здесь, ты можешь помимо плодов с Дерева Жизни, вкушать любые растущие плоды, только одно запрещаю тебе – не вкушай плодов с Дерева Познания Добра и Зла, которое растет посреди сада. Ибо в тот миг, когда ты вкусишь его плода, ты вкусишь смерть».

Все светлые братья внимали словам Бога и поражались величию той роли, которая была отведена Адаму Отцом. Их лики были торжественны и прекрасны. Они сияли Светом, который был отсветом Отцовой любви. Они приняли волю Отца помогать Адаму и оберегать его. Они больше не имели воли выбирать – принимать ли волю Отца или противиться ей. Они отказались от своей воли, чтобы исполнять волю Его.

И Отец привел всех живых тварей к Адаму. Каждому Адам дал имя и определение. Светлые братья были свидетелями тому, как Человек определял место каждому творению, созданному Богом. Человек понимал сущность и предназначение каждой твари и согласно этому познанию давал им имена. Он наполнял особенным смыслом сотворенный Мир. Все крупицы в этом мире имели свое место и были связаны друг с другом. Ни одно создание не могло исчезнуть бесследно. Адам призван был сохранить мир в том объеме, в котором он был создан. На место одной травинке, вырастала другая, вместо увядшей розы, рождалась следующая, не менее прекрасная. И не должно было в мире нарушаться равновесие между его частями. Для этого и поручил Бог Человеку возделывать и сохранять сад, чтобы созданное Им, расширялось и увеличивалось. Отец сотворил для Адама помощницу из плоти его, и Адам дал ей имя – Ева. Она была прекрасна в своей совершенной красоте. Они были одним целым и любили друг друга, чистой невинной любовью. Они были безгрешны, и весь Мир принадлежал им.

Трава лугов стелилась мягким ковром им под ноги, кроны деревьев дарили тень и прохладу. Ласковое солнце согревало их своими лучами. Мерцающие звезды завораживали взгляд своим узором в ночном небе, а серебристая луна рисовала для них сверкающую дорожку на темной глади озера. Пчелы собирали для них нектар с душистых цветов, и деревья роняли в протянутые руки спелые сладкие плоды. Прозрачные ручьи поили сладкой прохладной водой, и прозрачные струи пели для них журчащие песни, сбегая по разноцветным камешкам к водам могучего океана, который звал их окунуться в теплые объятья. Воздух был напоен ароматов цветов, птицы заливались звонкими трелями, голубая синь небес радовала глаз. Ничего не нарушало радостный покой Адама и Евы. Любовь друг к другу и к Отцу переполняла их. Они были молоды, прекрасны и бессмертны. Мир наполнялся светом их любви и сами они наполнялись Светом Любви Божественной. Мир, отданный им Отцов в попечение, они холили и лелеяли. Каждой травинке, каждой живой клетке давали они имена и определение, в которое было вложено тепло их любви. Каждым своим словом и действием перволюди благодарили Отца за прекрасный сад, друг за друга, за свою любовь и за саму жизнь. С каждым днем все больший и больший смысл в каждом творении находили Адам и Ева, все большую красоту и гармонию находил их взгляд в нежной зелени листвы, в переплетении тонких нитей золотистой паутины, в каждом взмахе крыльев порхающей бабочки и тончайшем отзвуке поющего родника. Безгранично было чувство блаженства, которое испытывали они от общения с Отцом, отдавшим вселенную своим любимым детям. И вселенная пела от радости их присутствия.

Но… «Рождающий Тьму» следил из глубины порожденного им Ада и исходил лютой ненавистью к тем, на кого Отец изливал все свою Любовь, перед кем преклонялись даже Ангелы – светлые братья.

«Рождающий Тьму и Противящийся Богу», которому Ми Ка Эль дал имя- «Сатанаэль», ждал своего часа. Он лелеял свою мечту отомстить Богу и человеку . Его злоба была настолько лютой, что становилась материальной. Она сгущалась тьмой, полыхала багровыми языками кровавого пламени, разливалась черной желчью ядовитой горечи. Злоба Темного стыла ледяными глыбами обсидиана и вырастал причудливый лес мерцающих антрацитовым отблеском гротескных кристаллов. Среди этого нагромождения черных глыб, кровавым пламенем отблескивали озера раскаленной кислоты, словно плевки разъеденного язвой больного желудка. То тут, то там над поверхностью озер вспыхивали всплески едкой отрыжки. Удушающий смрад гноящейся земли, словно испарения стелился над поверхностью. Ад принимал ужасающий вид, порожденный больной фантазией злобного безумца и он был исполнен того великолепия и той дьявольской красоты, которая может быть присуща только абсолютной противоположности красоты божественной.

Сатанаэль ждал. Он предвкушал миг своего торжества над человеком и безумно жаждал торжества над Богом.

Он не мог в своем обличии проникнуть в Сад, где жили Адам и Ева, потому, что Свет отца, отраженный Ангелами испепелил бы его. А Светлые Ангелы охраняли и оберегали Мир, созданный для Человека и самого Адама. Они бы не дали Темному уничтожить его. Да и не было толку в уничтожении Адама, Бог сотворит себе нового из праха этого. Необходимо было сделать так, чтобы Адам остался жить, но умер бы для Бога. «Несущий Тьму» был, хоть и падшим, но ангелом, он был мудрым, и он стал хитрым, и он ненавидел Человека. Эта ненависть, умноженная на мудрость. вкупе с хитростью подсказала ему, как отомстить Богу за то, что Он возвысил этого червя, сотворенного из праха, выше его, своего любимого ангела. Он нашел способ заполучить себе того, кто был сотворен по образу и подобию Божьему.

/Продолжение следует/

2 Ответов to “Фэнтези. Часть 2-я. “Человек из глины”.”


Ответить