Monthly Archive for Июнь, 2015

Наболело. Или мое видение проблемы.

,Прочла в интернете статью, причем, не одну,  о том, почему в последнее время у нас участились случаи ухода из Церкви людей.  В основном, статьи эти писаны священниками, они комментируются всеми подряд, кто-то поддакивает, кто-то возражает, но озвучивая проблему, не предлагается решение.  Важно понимать, отчего такое происходит. Многие из авторов-священников видят в этом недоработку со своей стороны (хотя и не лично),  типа не тот подход, не так доступно Слово Божие проповедуется. Даже предложения есть перевести богослужение на русский язык, потому как не понимают новоначальные, не окрепшие в вере, что происходит, о чем говорится-поется-читается. Причин называется много, но причина, на мой взгляд, одна. Признайте  и постарайтесь это изменить.  Не секрет, что у одного батюшки в храме на службах народа – не протолкнуться, а другому, чтобы «Мир вам!» произнести,  приходится озираться – кому «Мир». Разве один понятнее другого службу служит? Или Евангелие по-другому трактует? Или чем-то приманивает народ? Вовсе нет. 

Просто для одного  понятие «братья и сестры» не просто слова. Община, приход – это семья. В семье все друг другу родные, братья, сестры, отец, мать, дети, внуки и т.д. В семье каждый для каждого – родной, близкий. В ней каждый переживает за других, каждый старается помочь другому. В семье все знают проблемы друг друга, слабые и сильные стороны. Знают, кому нужна помощь, кто, чем болен. В семье не дадут кому-то голодать, замерзать. Заболел член семьи – надо отвести в больницу, сходить к нему, принести гостинца, лекарства. Уехал в отпуск – за домом приглядеть, кошку покормить, цветы полить. Кто-то делает ремонт в квартире – надо помочь. Кому-то плохо – утешить.  Взаимопомощь, дружба, любовь, сострадание – это все бывает в семье. Среди чужих такое не бывает. Среди чужих – просто добрые, лояльные, но прохладные отношения. Если на приходе есть такие семейные отношения – есть  семья, есть община

В семью с любовью принимают каждого, как принимают в семью невесток, зятьев, сватьев и прочих родственников. Каждый приходящий в семью новый  человек сразу окружен вниманием, заботой, любовью. Он не чувствует себя одиноким среди большого числа родственников, не чувствует себя чужим. Он сразу и безоговорочно – свой. Не важно, что он еще не знает обычаев и правил семьи – научится со временем. Не важно, что он воспитан по-другому, не все понимает еще, не все умеет. В семье каждый делает то, что лучше всего умеет. (Ведь и невестка может печь пироги лучше свекрови, а свекровь, в свою очередь, научит невестку варить пиво). Почувствует себя новый член семьи своим – будет и трудится со всеми наравне с полной отдачей. Не почувствует – замкнется в себе, отстранится от всех.

Так и на приходе. Пришел человек в храм, все чужие, он чужой всем.  Вроде и общаются с ним вежливо, вроде и улыбаются, а все же – чужой.  Спросит – ответят, уйдет – не окликнут. А если уж начнут «учить», то непременно как идиота. Да-да, именно так. Свысока, нравоучительно, с чрезмерно благочестиво-набожным выражением лица, отчего человек себя именно идиотом и чувствует. Не слышали о таком? Просто не обращали внимания. Как не обращают внимания нерадивые родители на конфликты, склоки и драчки между детьми, потом удивляясь, отчего дети не дружат между собой.

Походит-походит новый человек и,  не обретя семью, уйдет. Пойдет туда, где примут как родного. А где у нас принимаю всех пришедших с распростертыми руками – всем известно. В сектах.

Там не придают значения тому, вычитывает ли брат молитвенное правило утром и вечером, постится ли он, молится ли, читает ли по главе Евангелия ежедневно.  Никто не требует от него думать так, как учат Святые отцы, а никак иначе. (А еще лучше совсем самому не думать, а то в прелесть впасть можно. И молитвы читать те, которые составили Отцы церкви, потому что они знают, как молиться, а ты не знаешь и не умеешь свою просьбу выразить словами правильно. Прим.). В секте его, не нашедшего семью среди православных,  примут как брата, как члена семьи. Это потом, когда его конкретно затянет,  он будет выполнять то, что требует от своих последователей секта, а сразу его будут просто опекать и выражать ему свою любовь.

(Вот мы любим распространять замечательные байки, оправдывающие свое отношение к пришедшим. Типа: «Пришел мужик к одним, другим, третьим и выбрал православие, потому что «Хорошее не рекламируют». Прим.)

Кто-то сейчас обязательно возразит.  Скажите, не везде так? Некоторые отцы сейчас возмутятся – скажут, что я преувеличиваю, что они на приходах  стараются каждого выслушать, уделить внимание и у них прихожане дружные, трудятся сообща, друг другу помогают и так далее. Честь и слава вам! Особенно, если вы не заблуждаетесь, а все именно так и есть.

Для того чтобы дети любили друг друга, родители должны любить детей. Может, это не совсем точное сравнение, но оно показывает отношения в общине как в семье. (Вы никогда не чувствовали себя чужим в храме? Никогда не было  ощущения недоброжелательности, а то и враждебности со стороны тех, кто трудится в храме, тех, кто является членом общины? Вам крупно повезло). В каждой семье (а ровно и в каждой общине) есть свой стержень. Этот стержень всех скрепляет, направляет и руководит членами семьи.

Кстати, я видела семьи, где дети сами по себе растут, потому что родители заняты благоустройством дома, добыванием средств на ремонт, машину, отпуск, одежду и пр. Эти родители «пашут» как каторжные, не видя не то, что детей, себя порой не видя. В доме – евроремонт, бытовая техника – суперпоследней модели, машина – непременно суперкрутая и т.д. Пользы – никому и никакой. Потому что стержень там ничего не скрепляет, он вращается сам для себя и вокруг своего престижа.  Также есть семьи, где небольшой достаток, но центр попечения родителей – не дом-полная чаша, а дети, их воспитание, их обучение, их будущее. Ничто не проходит мимо внимания родителей, они вовремя реагируют на все происходящее, вовремя и конфликт разрешат и ссору пресекут.  И своим поведением, отношением к жизни пример подадут. Никогда при детях не отзываются дурно об учителях, не судачат о соседях, не оскорбляют друг друга. И детям такого не позволяют. И дети отвечают взаимностью.

В церкви все так же.  В каждой общине есть свой стержень. От него многое зависит. Он первым приветит вновь пришедшего, он вовремя отреагирует на любое событие, решит возникшую проблему,  организует, научит, управит. Тот, кто заботится не о себе, а о тех, кто на его попечении. Тот, для кого каждый  член общины – свой, родной и любимый.  Не диктатор, а старший брат, любящий отец и лучший друг. Согласна, трудно и практически невозможно любить чужих людей. Поэтому, если вы собираетесь возмутиться  и заявить, что вы любите всех своих прихожан, я вам задам вопрос. Кстати, я его задала в свое время одному из батюшек, когда после проповеди о любви к ближнему, я его спросила «А Вы любите меня так, как Вы говорите» и он мне ответил утвердительно. Поэтому и Вы, если ответите на вопрос о любви к прихожанам утвердительно, задайте себе тот же вопрос. «А если я заболею, и мне нужно будет пересадка сердца, Вы мне отдадите свое»? Тот батюшка честно сказал, что до такой любви он не дорос. Я его уважаю за это. Это честный ответ.  Поэтому я и говорю, что практически  невозможно любить чужого человека. Но, можно о нем заботиться,  разделять его проблемы, найти время его выслушать, заметить недомогание (в том числе и душевное). Тот, кто готов заботиться о ближних, о приходящих в храм, кто в каждом входящем видит не просто потребителя треб, а будущего члена семьи, кто организует прихожан, а вместе с ними и новичков,  на какое-то совместное дело (хоть ремонт делать, хоть песни петь у костра), кто помнит дни рождения, имена близких родственников, кто в курсе проблем каждого, тот и есть стержень.

Предвижу возражения о том, что стержень в Церкви – Христос. Да, конечно.  Центр всего в Церкви – Христос. Но, Он сказал: «Так как вы сделали это одному из сих, то сделали Мне» (Мф. 25, 40). Поэтому  забота о каждом  члене  церкви, являющимся частью Тела Христова, есть забота о Христе. Все мы собраны вокруг Христа. Но мы, собираясь вокруг Чаши, не умеем быть родными. Мы, причащаясь из одной Чаши Тела и Крови Христовой, практически остаемся друг другу чужими, если нас не скрепить вместе, не сроднить в одну семью. Став родными, мы уже не покинем семью, приход, церковь.

Батюшки, сделайте свой приход семьей. Не отталкивайте невниманием ни одного из приходящих в храм и не позволяйте  своему окружению отталкивать их. Не позволяйте окружающим вас «приближенным» демонстрировать свое личное отношение к кому бы то ни было из пришедших в храм. Научите трудящихся в храме здороваться, приветливо улыбаться (а не так, словно они уже в аду мучаются), доброжелательно относиться и не доставать нравоучениями каждого входящего в храм. Объясните тем, кто трудится в храме значение каждого действа во время богослужения, чтобы они могли правильно ответить на задаваемый вопрос, а не говорить, что «свечки можно ставить после Верую», а во время нельзя. А почему? Раз на Евхаристическом каноне можно, значит и на Символе Веры можно.

Со мной, кстати, был случай в нашем Камчатском Соборе. Пришла я по делу к одному из отцов и, ожидая его, решила поставить свечи и помолиться. Я поставила свечи уже в несколько подсвечников и, добравшись к иконе Богородицы, зажгла свечу и, установив ее в подсвечник, перекрестилась: «Пресвятая Матушка, прошу Тебя…» и тут меня «поймали за руку», что говориться. С крайне благочестивым выражением лица старушка (не особо древняя) решительно прервала мои молитвословия. «Нельзя зажигать свечу от лампады! Нужно зажигать от свечи!» Ощущение было, что меня «тормознули на полном ходу». Переварив сказанное и, сожалея о прерванной молитве, поворачиваюсь: «А если свечи нет в подсвечнике?» Ответ вообще добил. «Тогда от лампады». Какая простите, разница, отчего я зажгла свечу, если можно все же от лампады? «Если есть свеча – то от свечи, а если нет, то от лампады!» – категорично и непреклонно. Постояв у иконы и поняв, что «молитва ушла» я все же решилась. «Простите меня, сестра. Вы мне сделали замечание. Я Вас услышала. Но молиться мне расхотелось». «Да? Надо было мне дождаться, пока Вы помолитесь, а потом сделать замечание». Спрашивается – зачем? Зачем делать замечание, когда это не принципиально. Какая разница, от чего человек зажег свечу, от свечи или от лампады? А если этот человек впервые пришел и больше не придет никогда после такого вот «замечания»?

Поэтому  запретите несущим послушание у подсвечников, у дверей и т.д. «одергивать» пришедших в храм (если только они не хулиганят и не кощунствуют), научите в каждом пришедшем видеть брата и сестру. Не позволяйте в храме «учить уму-разуму» никому из «столетходящихвхрам» до тех пор, пока они сами не пройдут полный курс обучения у вас – кому, что и как говорить. Мне немало странностей довелось за много  лет в  церкви услышать. И высказывания о том, что “женщин в брюках Бог разума лишает”. И того, что если “ребенок шумно себя ведет в храме – его бес крутит” и много других нелепостей. Это все говорили те, кто трудится в храмах. А потом человек, услышав такое, распространит это “учение” дальше.

 

И еще… В каждой семье все дети одинаковы для родителей. Есть старшие, которые помогают родителям воспитывать младших, заботиться о них, помогать. Старшие должны быть примером для младших. Но не должны быть старшие любимее младших.

Можете со мной соглашаться или не соглашаться, воля ваша. Я просто озвучила свое понимание проблемы, так как я ее чувствую, вижу и что испытала  на своем опыте.