ПРАВО БЫТЬ С БОГОМ НА “ТЫ” (окончание)

Нужна ли людям Истина

– В последнее десятилетие складывается ощущение, что завершился какой-то виток глобального исторического развития и мы вернулись к исходной точке. Когда Понтий Пилат задавал Иисусу вопрос: “Что есть истина?” – он ведь не ждал на него ответа, и уж меньше всего подразумевал, что перед ним стоит воплощенная Истина. Похоже, сегодня для подавляющего большинства людей, даже считающих себя христианами, это тоже чисто риторический вопрос. Получается, Истина, воплощенная во Христе, которая две тысячи лет была так нужна людям, сегодня не востребована? Но почему?
– Не надо иллюзий. “Человек улицы” никогда этими вопросами не интересовался. Что всегда реально пользуется спросом на рынке религиозных услуг – так это магия, ритуалы, обряды, ощущение некой мистической защиты, гарантии, что злая потусторонняя сила не вторгнется в мою жизнь и не поломает ее. Ну и, естественно, если есть возможность – эксплуатация позитивной религиозной энергии в свою пользу, обычно материальную. Вот что обычному человеку нужно от религии.
А с призыванием какого имени будут оказаны эти услуги, ему, честно говоря, как правило, все равно. И только очень немногие поднимаются до вопроса: “Как Твое имя, Господи?”, и тем более до другого вопроса: не “Что Ты мне можешь дать?”, а “Чем я могу Тебе послужить?”. Это всегда было уделом очень немногих людей. Но еще Цицерон говорил, что человечество живет немногими. Есть сейчас эти немногие? Конечно, есть. Сегодня Алеш Карамазовых ничуть не меньше, чем было сто, двести или тысячу лет назад. Вопрос в том, какое место эти Алеши занимают в семье Карамазовых. Относятся ли к ним с восхищенным недоумением: “Это ж надо! я, конечно, ему подражать не буду, но все-таки то, что он смог от чего-то отказаться и сохранить в своих глазницах такие сияюще-чистые детские глаза – это потрясающе!”. Или же это со всех точек зрения – маргиналы, да еще вдобавок и гонимые. Так что меняется не количество, а статус этих людей: готовы ли их искать, их слушать, оказывают ли они влияние на общественное мнение? Куда идет любопытствующий странник? В пустынь, в поисках старца и духовного совета? Или дежурит у дверей Аллы Пугачевой в надежде украсть у нее носовой платок? Вот что меняется в обществе.

– Последнее время все чаще приходится слышать начавшиеся еще в прошлом веке разговоры о том, что христианская цивилизация практически себя исчерпала, и XXI век – это век, открывающий совершенно новую страницу в истории человечества, порог некоей неведомой еще цивилизации, которую все предощущают.
– Есть некоторые объективные вещи. Действительно, полотно современной цивилизации ткется без участия Церкви и без оглядки на христианские ценности. Что касается постхристианской цивилизации, то Советский Союз и Третий Рейх уже дали ее наглядные примеры. Теперь этим занимаются США. Так что не впервой.
Но к разговору на эту тему хотелось бы привлечь два соображения.
Первое – эсхатологическое. По большому счету, глобальной пост-христианской цивилизации просто не может быть. То есть это будет уже цивилизация антихриста, а срок ее жизни определен откровением Божиим – не больше трех с половиной лет.
Второе – “медицинское”. Да, иногда действительно возникает ощущение, что Христианская Церковь, пережив самые разные режимы, эпохи и испытания, выходит на финишную прямую. Конечно, постхристианская цивилизация – это некий вызов нам, кризис, болезнь. Это правда. Но дальше возникает вопрос: какая это болезнь? Ведь бывают болезни смертельные, а бывают болезни роста. Нас совершенно очевидно лихорадит, и мир вокруг нас лихорадит. Так что же с нами происходит? Это предсмертный озноб или просто зубки режутся?
Мне хочется думать, что это подростковый кризис в истории христианства. В ХХ веке Господь десницей Своей смел с лица земли все православные монархии – Российскую, Сербскую, Болгарскую, Румынскую, Греческую. Ну, глупо же объяснять все это происками каких-нибудь жидо-масонов. Библейские пророки никогда не опускались до такого уровня понимания исторических событий. В чем своеобразие Библии? Бог являет себя людям не в космических явлениях, а в истории – вот главная идея Ветхого Завета. История – это пространство теофании. Именно в истории, в исторических событиях зашифрован “код Иеговы”, и надо уметь этот код разгадать.
В свое время эту позицию восприняли и византийские хронисты, и русские летописцы. Конечно, ХХ век – это особая страница в нашей истории, трагичная для Церкви. Но поэтому-то и важно услышать, какие послания передал нам через нее Господь. И одно из них совершенно очевидно. Он снял все короны в православном мире и выбросил их на свалку. Конечно, я не пророк, у меня не было никаких голосов на эту тему, но моя интуиция подсказывает: это – 25 мая, последний звонок в школе. Все, детство кончилось. Ребята, вы – взрослые.
Пока ребенок маленький, ему нужен манежик, охраняемая территория. Но когда он повзрослел, ни подгузники, ни манежики ему больше не нужны. Пора учиться быть с миром один на один. “Я с вами. А если Я с вами, зачем вам посредники в лице православной администрации и государства? Учитесь привлекать людей к Моей Церкви без их помощи, – словно говорит нам Господь через нашу историю. – Явите миру свою любовь, свою молитву, опыт своей веры, свою аргументацию, наконец”. И главный вопрос XXI века, по крайней мере, для России: сможет ли Православная Церковь стать народной Церковью, не став государственной? Если сможет, значит, переходный возраст мы прошли успешно. Если нет – значит, это предсмертная агония.
И вновь скажу, что я действительно не понимаю наших либералов. Они упорно не видят перспективы: тот, кто не захочет прислушаться к Церкви Христовой, будет вынужден прислушиваться к голосу муллы. Причем очень скоро, уже для наших внуков, это будет реальностью.

По ту сторону христианской цивилизации

– Но были же в истории прецеденты, когда мир ислама противостоял христианскому миру…
– Были, конечно. Но тогда этот мир оставался христианским. Сегодняшний мир таковым себя осознавать не хочет. В нем нет противостояния исламского полумесяца и христианского креста. Разве французское правительство, по сути социалистическое, считает себя христианским? Да ни в малейшей степени! Оно больше всего боится, что его вдруг так обзовут. Франция расплевалась со своей христианской историей еще во времена Французской революции.
Триумфальные туры Мадонны по христианскому миру – это путь к глобальной Кондопоге. Как известно, террор – оружие слабых. И сегодня исламский терроризм – это ответ на “железный кулак” Америки. Но в сравнении с русскими общинами мусульмане организованы лучше и настроены воинственнее. Неспособность христиан защитить свои святыни от публичного поношения лишь убеждает мусульман в нашей выморочности, недолговечности. Они и относятся к нам, как к слабакам. И вот уже на уровне Кондопоги они кажутся сильной стороной. И как же от нее защититься, если государство лишь заклинает “политкорректностью”? И вот когда бытовой диктат “гастарбайтеров” становится совсем уж хамским, то “русскоязычное население”, давно уже само утратившее христианскую культуру, обращается к самому бескультурному и, по-своему, самому естественному способу защиты – к погрому.

– А как же другие религии? Буддизм, например. Последние несколько десятилетий интерес к культуре народов Азиатско-Тихоокеанского региона в христианском мире постоянно растет. В их литературе, кинематографе, изобразительном искусстве люди пытаются найти то, что они почему-то перестали находить в христианской культуре.
– Это очередная иллюзия. На самом деле то, что сегодня лежит в книжных магазинах – это не Восток. Это американская попса на тему Востока, “карма-кола” и “быстрорастворимая нирвана”. По сути, это тоже одна из форм войны против христианства – навязчивая проповедь всевозможного оккультизма и язычества. Именно проповедь, поскольку все это создается отнюдь не китайскими или индийскими авторами, а вполне западными, и изначально подгоняется под потребителя и насыщается такими идеями, которые ему будет легче проглотить. Так что не советую изучать буддизм по книгам датчанина Оле Нидала. Да и китайская философия – это немножко не то, о чем вам расскажут в ближайшем центре так называемой традиционной китайской медицины.

– Создается ощущение, что две тысячи лет назад христианство пришло в мир с полными руками даров, которые мир теперь, два тысячелетия спустя, отверг или почти отверг. И ничего хорошего в исторической перспективе его уже не ждет.
– А где в Евангелии оптимистическая историческая перспектива? “Меня гнали, и вас будут гнать”. “Чашу, которую Я пью, и вы будете пить”.

– Но ведь Бог поругаем не бывает?
– Это очень сложный вопрос. Что произошло на Голгофе? Поругание Бога или Его высшее прославление? И что такое ГУЛАГ, наполненный тысячами священников, – триумф Русской Церкви или Ее поражение? ГУЛАГ – это позор для заключенных в нем священников: как же они смогли посеять такую ненависть к себе в пасомом ими народе! Но ГУЛАГ – это и слава для них: свою веру они смогли сохранить и в условиях, радикально отличных от “чаепития в Мытищах близ Москвы”. Понятно, что надо быть воистину “фанатичным христианином”, чтобы в социальном позоре увидеть триумф.
Так что, если мы говорим об исторических перспективах в категориях более или менее общепринятых, общечеловеческих, то здесь все понятно: христианство ничего хорошего не ждет. “Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на Земле?” Вот и все. Конечно, христиане могут надеяться на метаисторический триумф, на Второе пришествие Христа, которое разрушит царство антихриста. Но это уже – по ту сторону истории.
А пока… Ну, как обычный епископ оценивает успешность работы своего епархиального управления, приходских священников? Он смотрит, сколько храмов построено, сколько церковно-приходских школ открыто, в каких светских школах или университетах проведены беседы, сколько статей опубликовано, и в какой интонации в этих статьях говорилось о епархиальной жизни, чего в них было больше – критики или позитива. Вполне понятные человеческие критерии. И с точки зрения этих критериев – христианство на пределе истории проиграет.
Но идентичен ли нынешний кризис последнему кризису – это вопрос открытый.

Ответить

Spam Protection by WP-SpamFree