Истерики и непротивленье

Есть такая литературная привычка жалеть Софью Андреевну и хулить графа. Мол, замордовал, изменял, деспотичил.
Читаю уже второй том литературоведческих исследований Павла Бассинского о Толстом и понимаю: не все так однозначно. И то, что холодной октябрьской ночью 1910 года 82-летний Лев Николаевич сбегает из Ясной Поляны, и через неделю умирает на случайной железнодорожной станции – тоже не случайно.
Он 25 лет планировал этот побег! Называл свою жизнь в Ясной Поляне “кипучим адом”. Но жена крепко держала: утоплюсь в пруду!
Наконец старик не выдержал. И Новикову перед смертью жаловался: мне бы на нее притопнуть или прикрикнуть, обуздать ее истеричность…а я же всё “непротивление”.
Двадцать пять лет граф “уходил в себя” и непротивлялся, пока всё неопротивело в конец и он ушел от жены.
– Бедный Левушка. Кто ж ему маслица там подаст? – воскликнула СА и бросилась догонять графа.
Правда ушел он не далеко. Собирался укатить в Ростов-на-Дону, по словам сопровождавшего его Маковицкого, но помер в Астапово, в доме начальника железнодорожной станции.

А в качестве любопытной иллюстрации – две записи из дневника С.А. и Л.Н. Толстого от 8 октября 1899:

– Софья Андреевна:
Лев Николаевич ушел гулять, не сказав мне ни куда, ни как. Я думала, что он уехал верхом, а эти дни у него кашель и насморк. Поднялась буря со снегом и дождем; рвало крыши, деревья, дрожали рамы, мрак — луна еще не взошла, — его все нет. Вышла я на крыльцо, стояла на террасе, все ждала его с такой спазмой в горле и замиранием сердца, как в молодые годы, когда, бывало, часами в болезненной агонии беспокойства ждешь его с охоты. Наконец он вернулся, усталый, потный, с прогулки дальней. По грязи итти было тяжело, он устал, но храбрился. Я тут разразилась и слезами и упреками, что он себя не бережет, что мог бы мне сказать, что ушел и куда ушел. И на все мои слова горячие и любящие он с иронией говорил: “Ну, что ж, что я ушел, я не мальчик, чтоб тебе сказываться”. — “Да ведь ты нездоров”.–“Так мне от воздуха только лучше будет”. — “Да ведь дождь, снег, буря…” — “И всегда бывает и дождь, и ветер…”
Мне стало и больно и досадно. Столько любви и заботы я даю ему, и такой холод в его душе! А вчера безумно целовал, говоря, что всегда любуется красотой моего тела.

– Того же дня запись в дневнике Льва Николаевича:
Дома благополучно.

P.S.
Берегите друг друга и мир семейный, сердечный )))

Igor Petrovskiy · Ростовская область, Ростов-на-Дону

Ответить

Spam Protection by WP-SpamFree