И.А. Ильин. Путь духовного обновления.

Глава первая. О вере. 

11789.jpg

1. МЫ ВСЕ ВЕРИМ

  Есть у нас довольно распространенное воззрение, будто люди могут прожить жизнь без всякой веры и будто «образование», а в особенности «научное образование», несовместимо с верою. Образованный человек, думают люди, не может верить: он слишком много «знает», и «самое существенное» он уже «понял»; так, например, он знает, что все совершается по законам природы и что эти законы природы рано или поздно будут изучены; во что же ему еще «верить»? Сущность культуры и прогресса сводится к следующему: идет просвещение, а вера уступает и исчезает. Согласно этому, верить могут лишь те, кого еще не коснулось просвещение, но вот придет время — они будут просвещены и перестанут верить, ибо на самом деле всякая вера есть не что иное, как суеверие. Итак: будущее принадлежит просвещенному безверию и безбожию.

  Бесспорно, есть немало людей, которые не верят в Бога. Но это совсем не значит, что они ни во что не верят и что поэтому их можно причислить к людям, живущим без всякой веры. Ведь возможно, что они верят не в Бога, а во что-то другое… Во что же? В нечто такое, что они принимают за главное и существенное в жизни; что действительно для них и есть самое важное, чем они дорожат и чему они служат; что составляет предмет их желаний и стремлений. Такое отношение и есть отношение веры; и кто имеет такой предмет, тот верит в него.
Этим мы вскрыли первое недоразумение, первый предрассудок: люди обычно думают, что «верить» это то же самое, что «признавать за истину». На самом деле это не так: вера есть
нечто гораздо большее, более творческое и более жизненное.

«Верить» — это гораздо больше, чем «признавать за истину».

  Человек верит в то, что он воспринимает и ощущает как самое главное в своей жизни. Скажи мне, что для тебя самое важное в жизни, и я скажу, во что ты веришь. Душа твоя прилепляется к тому, во что ты веришь, и как бы живет и дышит им; ты желаешь предмета своей веры, ты ищешь его; он становится источником твоей радости и остается им даже тогда, когда тебе его не хватает. Здесь пребывают твои чувства и твое воображение. Словом, здесь реальный центр твоей жизни: тут твоя любовь, твое служение, тут ты идешь на жертвы. Здесь твое сокровище, а где сокровище твое, там и сердце твое, так и вера твоя.
И вот, сколько бы мы ни искали, мы не найдем такого человека, который ни во что не верил бы. Чем глубже заглянем мы в человеческую душу, тем скорее мы убедимся, что человек без веры вообще не может жить, ибо вера есть не что иное, как главное и ведущее тяготение человека, определяющее его жизнь, его воззрения, его стремления и поступки.

  Жить на свете — значит выбирать и стремиться; кто выбирает и стремится, тот служит некоторой ценности, в которую он верит. Все люди верят: и образованные и необразованные, и умные и глупые, и сильные и слабые. Одни сознают, что они верят, другие верят, не сознавая этого. Одни знают и то, что они верят, и то, во что они верят, а может быть, и то, на каком основании они верят. Другие верят просто, не зная этого за собою и, может быть, ни разу в жизни не подумав, во что же это они, собственно говоря, верят и есть ли у них ка¬кие-нибудь основания для этой веры. Но вера всегда остается первичной силой человеческой жизни — совершенно независимо от того, понимают люди это или нет. Человеку дана возможность дорожить своей верой, беречь ее, укреплять, очищать и углублять; как бы строить ее и воздвигать на ее основе свое миросозерцание и свой характер; формировать ее содержание в виде догмата и символа веры; создавать на этом фундаменте церковь и богослужение; превращать ее во всеохватывающую целокупность жизни и смерти. Однако человек имеет и другую возможность: пренебрегать своею верою, оставлять ее на произвол случайностей, пронизывать ее предрассудками и суевериями, превращать ее в слепой и разрушительный фанатизм, или же отводить ей один уголок своей души, и притом самый трусливый и лицемерный. Человек может заблуждаться в своей вере и идти по ложным путям; он может разочаровываться в своей прежней вере и отходить от нее; хуже того, он может изменять своей вере по расчету и «продавать» ее.

  Но в одном человеку отказано, одного он не может: именно — жить без веры.

17 комментариев в “И.А. Ильин. Путь духовного обновления.”

  1. Архиепископ Игнатий:

    Как назвать то, что создал Иван Александрович?
    Философия? Богословие? Творчество?

    Думаю, что ни одно из этих понятий не способно вместить все богатство его наследия.
    И совокупность этих понятий тоже.

    Все, что видел, что слышал, что осмысливал и чувствовал, он делал “ввиду” Бога, перед Его очами. Великие отцы-аскеты говорили, что так и должен жить человек: “ходить пред лицем Божиим”. Так он и жил, как верил и верил, как жил. И творил такожде.

    Мне И.А.Ильин очень важен и тем, что своею верой он узрел будущее России и не только узрел. Все последние годы жизни строил это будущее: определял перспективы, формулировал цели, ставил задачи.
    И все совершенно точно, как будто был очевидцем.

    Так, что только и осталось нам: изучить это наследие, принять его и использовать в нашем дальнейшем движении.

    За чем же дело стало?

  2. Максим Дьяков:

    Да, мы все верим. Это неизбежно. Даже убежденный циник верит в то, что он ни во что не верит.

    Но я спрошу еще и немного иначе: во что верим мы? Мы, христиане? Нет, я имею ввиду не собственно вероучение. Само собой, наша вера изложена в Символе Веры, в православных катехизисах и т.д. Но это, скажем так, собственно религиозная вера. Она определяет нашу жизнь, если мы действительно серьезно относимся к своему христианству.

    Но каковы, последствия нашего христианства для нас? Какие из “более повседневных” предметов веры мы также исповедуем?

    Верим ли мы в любовь? Семью? Отечество? Труд? Дружбу? Красоту окружающего мира? Да или нет?

    Для меня ответ очевиден: да. Мы верим во все это.

    (Но Ответ, очевидный для меня, еще не должен быть таковым и для всех. Может быть, кто-то думает иначе?)

    И, если объединить все то, что я перечислил, назвать это одним словом, то что это будет за слово?

    А слово это будет: жизнь. Христианин – этот тот, кто верит в жизнь. Это тот, кто любит жизнь. А значит – противостоит смерти, распаду и разушению. В своей собственной душе и в своей семье, в своем Отечестве. На своей малюсенькой планете, наконец.

    А почему мы верим в жизнь?

    Возможно, именно потому, что верим во Христа и верим Ему? Он же пришел, чтобы мы имели жизнь, и имели с избытком.

    Но, может быть, все обстоит и совсем наоборот? С другой стороны – мы же христиане, мы вроде бы должны искать не этой жизни, а совсем другой? А на эту и не смотреть совсем?

    Вот на такие мысли лично меня натолкнул Иван Александрович в этот раз. Вера – это достаточно широкое понятие, и она не исчерпывается катехизисом. А за его рамками – очень и очень широкое поле.

    Так что скажете, дорогие наши гости и читатели? Как думаете?

  3. Давид:

    Будучи преступником, я все-равно верю в любовь и спасение. И пусть говорят , что я лицемер. я быть может сам доконца не осознаю своей греховноности. Бог мне Судья и он накажет меня по своему нелицеприятному правосудию.

  4. София:

    Сегодня, 21 декабря – День памяти Ивана Александровича Ильина. В 1954 году он почил во Господе.
    Иван Ильин говорил: «… Если мои книги нужны России, то Господь убережёт их от гибели; а если они не нужны ни Богу, ни России, то они не нужны и мне самому. Ибо я живу только для России».
    Господь уберёг. Сегодня нет, пожалуй, ни одного мало- мальски образованного человека, кто бы не слышал о таком философе как Ильин. Многие его работы известны. В книжных магазинах его труды активно востребованы. И они издаются уже вторыми, третьими тиражами. Значит, они НУЖНЫ России!
    Любая книга – это возможность встречи с автором. Встреча с Иваном Ильиным – это общение с человеком, сердце которого открыто всему миру. Природа и искусство, история человечества и жизнь обыкновенной человеческой души – всё открывает ему свой сокровенный смысл. Пристально вглядываясь в жизнь, он сердцем проникает в суть бытия народов. Ему ведомы глубинные процессы, которые двигают историю.
    Мысли, которыми он делится с нами, не есть просто «мнения или впечатления»:
    «Я давал моим трудам спокойно вызревать в течение десятилетий. У меня есть темы, вынашивающиеся по тридцать лет («Учение о духовном характере», «Аксиомы религиозного опыта») и по сорок лет («Учение об очевидности»…) – писал сам Иван Ильин.
    Вдумайтесь, уважаемые собеседники: ТРИДЦАТЬ – СОРОК лет созидаются труды!!!
    Это ж какое святое почтение надо иметь к Слову, какую великую любовь к России и какое уважение к нам, кто сегодня берёт в руки его книги.

    Вот Вы, Владыка, говорите:
    «Так что только и осталось нам: изучить это наследие, принять его и использовать в нашем дальнейшем движении. За чем же дело стало?»
    Я думаю за малым – ПОВЕРИТЬ, что они нужны каждому, кто не отделяет себя от Родины. Каждому, кто ВЕРИТ в Россию, в её достойное будущее.

    Максиму:
    Мы часто полагаем, что поскольку говорим на одном языке, то стало быть понимаем друг друга. Вот ты пишешь: « Верим ли мы в любовь? Семью? Отечество? Труд? Дружбу? Красоту окружающего мира?… Да, мы верим во всё это»
    Я верю. Ты веришь. Он верит. И все мы единомышленники? Все объединены единой верой?
    (Кстати, что по-твоему означает «верить в красоту окружающего мира?»)

    Давиду:
    Суд человеческий жёсткий и увы, не всегда справедливый. Он такой, какие мы сами.
    Я не знаю, кого Вы называете Богом. Бог, в которого верят христиане – это Любовь. И Он помиловал разбойника на кресте, преступника, осуждённого людьми на страшную казнь. Люди осудили, а Бог помиловал. Бог, имя которому – Иисус Христос. Помиловал, видя душу его, которую очистило искреннее покаяние.
    Простите, если сказала что не так. Живая боль… она не терпит сухой рассудочности.
    Мне хотелось поддержать Вас. Помоги Вам Господь!

  5. Давиду:
    Не получилось вставить в комментарий фотографию.
    Если зайдёте по этой ссылке
    http://pravkamchatka.ru/fotogalereya/displayimage.php?album=14&pos=14 – там в фотогалерее моя фотография. Сегодня мне хочется отправить её Вам.
    (если “кликнуть” на фото она увеличится)

  6. Любаша:

    Давид, мы все – преступники. Мы так или иначе преступаем Закон Божий и законы человеческие, отворачиваясь временами от Любви. Потом несем последствия.
    Но если мы в Любовь верим, то вновь обращаемся к Ней лицом, признавая свои ошибки, и Она нас не оставит, потому что это – Любовь.
    Божия Любовь. Самая Настоящая. Самая искренняя и жертвенная.
    Даже наказывая нас – Она этим милует и спасает, уберегая от зла. А ещё чаще – прощает. Просто так – из-за одного молитвенного вздоха или единой слезинки покаяния…
    Прощает так, как мы даже иногда и не представляем себе, только пытаемся, стремимся представлять и делать.
    Прощает так, как может прощать Любовь.

  7. Максим Дьяков:

    Софии.
    Думаю – да, единомышленники, хотя бы отчасти.

    А под “верить в красоту окружающего мира”… Я имел ввиду – даже пробираясь весной среди разгромленной свалки, и наблюдая над головой гарь, копоть и стаю ворон, все равно помнить и знать, что окружающий мир создан Господом, и что он прекрасен (или “хорош весьма”). 🙂

  8. И.Ильин пишет:
    “Скажи мне, что для тебя самое важное в жизни, и я скажу, во что ты веришь”.
    Вот бы попробовать провести такую анкету среди “неверующих”… а потом определить их веру! 🙂

  9. Максиму:
    Задумалась над твоим выводом:
    “Христианин – этот тот, кто верит в жизнь. Это тот, кто любит жизнь…”
    Это ж сколько тогда кругом христиан!!! 🙂

  10. Максим Дьяков:

    Софии.

    Это было высказывание не в “исключитльеном” смысле. Христианин – это не тот, кто верит только в жизнь. Но мне кажется, что и в жизнь он тоже верит.
    Тем не менее, именно об этом я и спрашивал выше, и просил поделиться соображениями. Может быть, я не прав? И христианин в жизнь верить (именно в этом, ильинском смысле слова) не должен? Может быть, он должен ее игнорировать? Стремиться в Царство Небесное помимо тех рельностей, которые я обобщил словом “жизнь”?

    Обоснуйте Ваши сомнения, или возражения, прошу Вас.

  11. Максим Дьяков:

    Да, и вот еще что пришло в голову.

    Относительно веры в жизнь и ее влияния на Русскую идею.

    Пусть христианин верит в жизнь (имея ввиду “верит” и “жизнь” в изложенном выше смысле). По крайней мере, я считаю так до тех пор, пока меня не убедят в обратном. 🙂

    Что это значит для Русской идеи? А, думаю, появляется одно существенное ограничение: Русская, православная идея не может нести смерть.
    Это значит, что идеалы Александровой слободы, метел и песьих голов, оказываются несовместимы с искомой нами идеей. Так же, как и, скажем, идеи архиеп. Серафима (Соболева), высказнные им в “Русской идеологии” (если не ошибаюсь), где он предлагал ввести смерную казнь за проповедь атеизма.

    То есть Русская идея не может быть основана на насилии, и не может оправдывать насилие как необходимый инструмент в “завоевании умов”.
    Это ограничение представляется мне существенным именно потому, что уж слишком популярны сейчас (в православной среде!) идеи канонизации самых разных вождей, действоваших подобными методами – от Ивана IV до Сталина.

  12. Максиму:
    “Обоснуйте Ваши сомнения, или возражения, прошу Вас.”
    Не могу ни согласиться, ни возразить. Я понять тебя не могу. Именно в контексте ильинских размышлений.

    “Душа твоя прилепляется к тому, во что ты веришь, и как бы живет и дышит им; ты желаешь предмета своей веры, ты ищешь его; он становится источником твоей радости и остается им даже тогда, когда тебе его не хватает. Здесь пребывают твои чувства и твое воображение. Словом, здесь реальный центр твоей жизни: тут твоя любовь, твое служение, тут ты идешь на жертвы.”

    И если “христианин верит в жизнь”… то он “прилепляется к жизни”, “живёт жизнью”, “жизнь – источник радости”… и т.д.
    Мне кажется, что ты хочешь сказать что-то другое. Или как?

  13. Максиму:
    “То есть Русская идея не может быть основана на насилии, и не может оправдывать насилие как необходимый инструмент в “завоевании умов”.

    На мой взгляд, “национальная идея” не может быть “основана на насилии”, т.к. она, эта идея, по мнению Ильина – есть Промысел Божий о народе.
    Имеется ли место насилию в жизни народа, разглядевшему в своей истории эту свою идею и старающийся осознанно жить в русле этой идеи – другой вопрос.
    Мне кажется, нам, как народу (и нам, как отдельным его представителям) только предстоит ещё разглядеть её с помощью трудов И.Ильина, осознать и принять как сердцем так и умом.
    Для меня важно, что И.Ильин не просто придумал её (как старались и безуспешно многие идеологические “вожди” современности), а УВИДЕЛ её (как уже давно существующую) своим любящим Россию сердцем, осознал и проговорил для нас в слове. Которое нам, если мы ему верим, надо ещё так же осознать- исследовать, не надеясь скоропалительно на то что если все слова в тексте знакомые, то мы поняли, что имел в виду Иван Ильин. 🙂

  14. Максим Дьяков:

    Софии.

    Относительно веры. Хорошо, поставим вопрос иначе.

    В контексте ильинского определения веры христианин может верить во что-то еще, кроме Бога?

  15. Максим Дьяков:

    По поводу собственно Ивана Алекандровича.


    Для меня важно, что И.Ильин не просто придумал её (как старались и безуспешно многие идеологические “вожди” современности), а УВИДЕЛ её (как уже давно существующую) своим любящим Россию сердцем, осознал и проговорил для нас в слове. Которое нам, если мы ему верим, надо ещё так же осознать- исследовать, не надеясь скоропалительно на то что если все слова в тексте знакомые, то мы поняли, что имел в виду Иван Ильин. ”

    Заранее прошу прощения, если буду слишком категоричен.
    Но именно такой подход к Ивану Александровичу для меня неприемлем. Объясню.

    В последнее время я стал немного менее загружен, и появилась возможность почитать все то, до чего раньше руки не доходили. (Так набросился на зарубежную классику). И среди этого “всего” – Синклер Льюис, американский писатель прошлого века, лауреат Нобелевской премии. Хороший роман у него есть: “У нас это невозможно”. Прочитал его, и задумался о том, что такое тоталитаризм. Что делает тоталитарную иедологию тоталитарной?
    Пришел к выводу, что фундаметнальная черта любой тоталитарной идеологии – универсализм.

    То есть провозглашается, что “мы открыли универсальный закон, по которому развитивется общество”. И поэтому – “мы не можем ошибаться”. “Учение… (не важно чье) всесильно, потому что оно верно”.

    В консервативных идеологиях обычно сама возможность такого закона отрицается. Но здесь есть свое искушение: начать считать себя (или кого-то) пророком, вещающим истины Господни. “Нам открылся смысл Русской идеи”, например. Или Ильину он открылся.
    Или еще кому-то.

    И если мы будем считать труды Ильина не продуктом его размышлений, а результатом “откровения”, то, думаю, все, что мы сделаем в результате – это пополним коллекцию тоталитарной мысли (увы!).

    Если же, наоборот, считать Ильина не пророком, а именно мыслителем (он и сам говорил о том, что его творчество – результат его размышлений), и подходить к нему соответственно, то мы сможем взять у него много полезного. Но и, разумеется, от чего-то и отказаться, а что-то дополнить.

    В общем, мне кажется, что Ильин – это “не догма”, и даже не “руководство к действию”. 🙂 Его труды – это та “стартовая площадка”, с которой лучше всего и удобнее всего начать наши размышления. Но именно начать. И, опять же, это будут именно наши размышления, вполне человеческие, и в чем-то неизбежно ошибочные.

    Вот так как-то.

  16. София:

    Максиму:

    О национальной идее.

    1. Существует ли такое понятие в реальности?
    – Для меня – да, я уверена, что такое понятие, как «национальная идея» существует в принципе.
    (Если ты упоминаешь о национальной идее, значит и для тебя эти слова – не просто пустая фраза)

    2. Если существует, то что это? Идеологический механизм сплочения народа? И тогда её надо искать, находить, придумывать, изобретать, используя все возможные технологии управления мышлением, как индивидуальным, так и групповым.
    Или это что-то другое?

    3. Занимаясь изучением истории и философии, мы, члены философского клуба-семинара, совместно со многими авторами, ( в том числе и Иваном Ильиным) пришли к выводу и приняли этот вывод, что национальная идея – это Промысел Божий о народе. У каждого народа есть своё предназначение, оно и заключается в его национальной идее. И тогда она эта идея уже существует. Осталось только разглядеть её
    ( Возможно, что у тебя будут иные соображения на этот счёт.)

    4. Разные философы могут по-разному её видеть и по- разному проговаривать. Мне очень интересно то, что думает по этому поводу И.Ильин. И мне интересно всё то, на чём он строит свои предположения. Мне очень интересен его способ мышления и особенности мировосприятия. У меня есть предположение, что я понимаю то, о чём говорит этот замечательный человек. Но, ведь, я могу только думать, что поняла. К сожалению, я не могу сейчас лично встретиться с Иваном Александровичем, чтобы в беседе, выяснить, а тот ли смысл я придаю его словам или он имел в виду что-то совсем другое. Поэтому, мне интересно, мнение других людей по тем вопросам, которые для меня важны.
    ( Ты уверен, что всё всегда понимаешь правильно? Особенно то, что говорит другой человек? И если для тебя его слова важны, появлялось ли желание переспросить, а правильно ли ты понял его слова?)

    5. Я не думаю и не говорю, что Ильину открылся Помысел Божий или, что он пророк. И уж тем более не призываю слепо верить Ильину и следовать за ним, как за идеологическим вождём. Я лишь хочу обратить внимание на то, что интересно было бы выяснить, а что мы поняли из того, что этот замечательный (не только на мой взгляд человек) говорил. Ибо, прежде чем использовать его труды в качестве «стартовой площадки», с которой лучше всего и удобнее начать наши размышления» стоило бы выяснить, а что он вообще имел в виду, когда говорил о том или ином. Иначе, может получиться, что мы строим здание своих размышлений, на иллюзорном фундаменте ложных представлений.
    (Как и получилось, на мой взгляд, у тебя при попытке отстоять свободу, которую у тебя никто и намеревался отнимать ни я (уверяю тебя), ни тем более И.Ильин (давай попробуем убедиться вместе).
    🙂

  17. София:

    Максиму:
    А по поводу “веры в жизнь”, мне кажется, что после размещения тобой второй главы из книги И. Ильина – “Вера и жизнь”, нам легче будет понять друг друга и предлагаю разговор на эту тему перенести туда.
    🙂

Ответить

Spam Protection by WP-SpamFree