Гора Машук

 

lermontovДуэль была странная. Поэт стрелялся со старым знакомым Николаем Мартыновым по причине ссоры надуманной и неубедительной. Лермонтов якобы сказал в адрес Мартынова:

 

-Горец! С большим кинжалом.- И до этого он говорил вроде что – то обидное. Трудно конечно соревноваться в остроумие с таким гением, как Лермонтов, но…

 

В наше время не принято вызывать на дуэли. Хотя бывают насмешки и грубые и обидные, но обошлись мои современники без того, чтобы на колкость приятеля ответить пулей. Выработали разные приемы защиты сохранить лицо. Иной раз, просто тупо повторяя шаблонную, наезжую фразу, как один мой знакомый.

 

Его допекали:- какой у тебя большой нос, а он отвечал – Это мой нос!-

 

Говорили ему – у тебя уши торчат, или, почему такие большие зубы – в ответ слышали вечное – Это мои уши, мои зубы. – Забылось настоящее имя того знакомого, но назвать бы его следовало Константином, что значит постоянный. Нашел парень универсальный ответ. Не добившись, к чему бы можно прицепиться, насмешники запаниковали. Перешли на его нацию, страну, и народ, но услышали привычное:

 

– Это моя нация! это моя страна! это мой народ! – И заплакали досужие юмористы: – Не пробить им такую глухую защиту!-

 

У Мартынова же ума и образования было достаточно. Имелся какой – никакой литературный дар. Постарайся он только включить свою фантазию, наверняка было бы другое изложения роковой сцены в Пятигорске:

 

Начать бы снова с той минуты, когда в гостиную вошел Мартынов. В тот момент Сергей Трубецкой прервал игру на фортепиано и присутствующие явственно услышали, как Лермонтов говорит Льву Пушкину в адрес Николая Соломоновича:

 

-Горец. С большим кинжалом!-

25-22

 

Видится вариант продолжения, что Мартынов горделиво подбоченивается и продолжает в тон Лермонтову:

 

– Мы горцы такие! Люди гордые, щедрые, верные в дружбе и бескорыстные. За это нас все и любят!- И обращается ко Льву Пушкину:

 

– Лев Сергеевич, выпить хочешь? Сходи дорогой на рынок и скажи всем горцам, что ты мой кунак. И тебе нальют лучшего вина. Не разбавят, не обвесят, не обсчитают. Не отведут к судейским и не засудят. Возьми мою крепкую руку настоявшего горца и пожми её. Она честная, мужественная и вся своя.-

 

Потискав руку брата великого классика, Мартынов обратил внимание на присутствующих дам. И заслонился ладонью, словно от резкого света:

 

– Гурии в плоти! Ослепили! Ослепили! Вы словно безгрешные ангелы из мечты слетели на землю! Прошу вас только, богини, не любите ветреных офицеров. У них под армейскими эполетами и пронумерованной пуговицей лишь легкомысленное сердце и пустой кошелек.

 

000619Эмилия Александровна. Роза Кавказа! Не верь даже Лермонтову. Михаил Юрьевич всем девушкам сладко поет о любви, но способен женится лишь на одной. Это в лучшем случае.

 

А я горец! Я женюсь на всех вас! Завтра же пойду и объявлю всем, что заведу себе новый гарем. Готовьтесь драгоценные мои горлицы к свадьбе. Расскажите подружкам – пусть завидуют вам!

 

А! Зачем обижать женщин?! Я и на них женюсь. Вот чем мы горцы отличаемся от других мужчин! Сказал, сделал. Любите душечки таких джигитов, как я! С серебряными газырями и золотыми галунами! Со страдающим сердцем! С большим красивым кинжалом!-

 

Да, такую тему Мартынов мог бы развернуть. С восточным базаром и восточной любовью. Со счастливой женитьбой на русских барышнях. Песни, пляски, цыганский хор. Водевиль! Ну, ладно, пусть комедия. Все лучше, чем получившаяся драма. Собравшиеся участники в гостиной такие молодые. Старшему только двадцать шесть. Шесть юношей и четыре девушки, а мир так прекрасен и словно праздничный стол накрыт. Зачем сразу браться за пистолет. Теперь сиди и думай, почему Мартынов выстрелил? Ведь нажал на курок именно он.

 

000688

Михаил Павлович Глебов

Александр Илларионович Васильчиков

Александр Илларионович Васильчиков

Многие загадки дуэли Лермонтова – Мартынова не развеяны и сейчас. Неустановленно количество секундантов. Поначалу их было двое. Не имевшие никакого опыта юнцы – прапорщик Глебов и титулярный советник Васильчиков. 

 

000787

Алексей Аркадьевич Столыпин – Монго – прототип Печорина

000758

Сергей Васильевич Трубецкой

Со временем, когда умерли родственники и соседи Лермонтова по квартире- Столыпин – Монго и Трубецкой,  их взяли и нарекли секундантами посмертно . Прибегали ли искатели истины, как в рассказе японского писателя Аутогава Рюнеске «В чаще», к помощи вызывателя духов, не известно, но только после  смерти посыпались в печати признательные показания.

 

Появлялись все больше свидетелей дуэли. Помимо вышеперечисленных участников возник еще бретер Дорохов, и гипотетический убийца с ружьем. Прилепился какой – то очевидец Раневский. Становиться довольно многолюдно, не правда ли. Круги же поиска виновников резонансного убийства разбегались все шире и шире, вовлекая в омут подозрения многих лиц, не исключая и самого государя.

 

Почему только не поверить, что сам Лермонтов не принял всерьез эту дуэль. Коленьке захотелось поиграть в отчаянного бретера, постоять у барьера с пистолетом, но Юрий Михайлович не пойдет у него на поводу. В конце концов, что скажет ему маменька Коли, если узнает, что он направлял ствол пистолета в сторону его сына?!

 

Лермонтов убедил окружающих, что сходит проветриться на гору Машук. Выстрелит в воздух и помириться с другом детства. Попросил друзей:

 

– Купите лучше побольше шампанского отметить это событие. –

 

И опытные Салтыков – Монго и Трубецкой остались дома. Уговорил их Лермонтов. Зачем быть свидетелями дуэли, которой все равно не будет. Вывод, что организована дуэль юными дилетантами в этом деле, подкрепляется материалами следствия. Не продуманы:

 

медицинская помощь раненым, средства эвакуации возможно пострадавших лиц. Не внятные условия дуэли. Должны ли участники сходиться к барьеру, ведя огонь в удобный для себя момент, или стоять у барьера, ожидая хлопка ладонями – команды для выстрела. Пистолеты были дорожные, а не дуэльные. Раны с пистолетов системы Кухенрейтора выходили убийственными. Стреляй в свое время Пушкин из Кухенрейтора по Дантесу, не помогла ему бы его кираса.000242

 

Неразрывно когда пишешь о Лермонтове, вспоминается Александр Сергеевич Пушкин. Трудно было для известного в свете человека начала девятнадцатого века обойтись без вызова на поединок. Не принять вызова и авторитет погибнет безвозвратно. Великого классика Пушкина считали записным дуэлянтом. Про него говорили, что ему без малого тридцать раз приходилось принимать или посылать вызова. Для человеческих нервов чудовищное испытание. Достаточно перечитать про бессонную ночь Печорина перед дуэлью.

 

Возник вопрос: Кто погиб на тридцати поединках Пушкина.

 

Ответ: Убит был один Пушкин.

 

Умел классик обходиться без смертоубийства посторонних. Высший пилотаж. По тому же пути следовал Михаил Юрьевич. По заповеди Божией – Не убий. Пушкин и Лермонтов одинаково вынуждены подчиняться требованиям среды, но не шли против своей совести. Человек не раб, что он должен убивать, раз такова традиция. Пушкин и Лермонтов, словно первохристиане, водворяли христианскую мораль, которая сейчас стала нормой.

 

Доказывает даже рана, нанесенная убитому поэту. Вход на уровне пояса с правого бока, при выходе с левого плеча. Канал поражения через все тело. Такая рана могла случиться в том случае, если поэт поднял правую руку вверх и стрелял в воздух, предлагая бескровный исход дуэли.

 

Мартынов в ответ все же произвел роковой выстрел. Почему человек немилосерден, когда есть возможность не убивать?

 

Зависит от воспитания? от его веры в заповеди? Вопрос злободневен, как никогда.

 

Черно – белая картинка из учебника по истории древнего Египта. Побежденный вождь на коленях перед фараоном, который одной рукой держат его за волосы, в другой меч. Если верить сочинениям ученых, то и зверь не стремиться убивать зверя своего вида, коли тот подставляет ему беззащитное горло и признает в нем победителя. В отличие от зверя, униженная поза соперника не снимает агрессии с фараона. Что взять от неразумного животного с ограниченным кругозором. Сегодня конкурент слаб, а через год – другой неизбежно подрастет. Он возмужает, и будет представлять опасность. Фараон боится такого исхода и убивает пленного. В тот исторический момент убили несколько сотен человек. Ужас!

 

Только что изменилось в мире со времен того фараона с ножом в руке?

 

Современные радетели о всеобщем счастье уже подсчитали, что на Земле для комфортной жизни нужно оставить лишь определенное количество людей. Так называемый «золотой миллиард».

 

Остается прикинуть свои шансы оказаться в «золотом миллиарде». А если есть такая возможность остаться среди счастливцев, то решить моральную проблему выбора. Кем быть? Если не жертвой, то значит палачом.

 

На планете уже семь миллиардов жильцов, а от семи отнять один. Шесть миллиардов – такое количество народа планируются пустить под нож. Однако задача! Не один человек, не сотни, а уже миллиарды. Кто – то знакомо нашептывает: – Нужно создать управляемый хаос. Пусть эти шесть миллиардов вырежут себя сами. –

 

Управляемый хаос?! Разве хаос может быть управляемым?! Хотя? Теоретически и можно допустить реализацию этой дьявольской затеи. Только выживет ли общество, похоронив среди миллиардов своих членов нереализованные миллионы талантов и безусловно, гениев. Не перестанут ли рождаться дети?

 

Скорее же всего любая атомная держава, из этих шести миллиардов, продумала в случае поражения своего государства вариант посмертного удара возмездия с уничтожением всего и всех. Реально человечеству грозит гибель. Многое зависит от высокой морали руководителей стран мира. Живут ли они с заповедью «Не убий», или с мыслью создать управляемый хаос.

 

Дьявол через зло входит в сердце человека.

 

220px-Paintings_by_Mikhail_Lermontov_1837

 

0 Ответ to “Гора Машук”


  • Нет комментариев

Ответить

Currently you have JavaScript disabled. In order to post comments, please make sure JavaScript and Cookies are enabled, and reload the page. Click here for instructions on how to enable JavaScript in your browser.